«Защита нужна от сегодняшних рисков, а не тех, что были год или 10 лет назад»

На пост руководителя «Альфастрахования» Владимир Скворцов пришел с мыслью, что страховой рынок – непаханое поле для изменений. И не ошибся: вот уже 20 лет гендиректор «пашет поле», а у него все еще «есть этот драйв». Под его руководством «Альфастрахование» стало одним из лидеров страхового рынка и вступило на путь цифровой трансформации. Но цель топ-менеджера не вывести страховщика на первые строчки рейтингов по сборам, а «стать номером один в сердце клиента».
В интервью «Ведомостям» Скворцов рассуждает, кто победит в соревновании за клиента – цифровизация и возможность продать любую страховку онлайн или традиционный подход: чаепитие с агентом и разговор «о том о сем». И рассказывает, с какими компаниями хотелось бы конкурировать в будущем, как кризис повлияет на страховой рынок и как отражается на нем регулирование Банка России.
– Пользуются ли спросом у вас страховки от коронавируса? С этической точки зрения не считаете, что это слишком конъюнктурный продукт?
– Я считаю, что задача страховой компании – реагировать на события, которые происходят, а не страховать только то, что привычно: машину, квартиру, дачу. Людям нужна защита от сегодняшних рисков, а не от тех, которые были вчера, год или 10 лет назад. Поэтому реакция страхового сообщества и наша реакция была абсолютно оправданна и правильна.
Мы предложили страхование от коронавируса одними из первых на рынке – в самом начале карантина, запустив продукт буквально с колес, за 10 дней, – и в конце марта – начале апреля начали продавать. Статистики по новому вирусу на тот момент было мало, поэтому мы ориентировались на расчеты и прогнозы, которые делали и продолжают делать в большом количестве медицинские эксперты. Программа хорошо себя показала. На сегодняшний день по ней выплачено свыше 46 млн руб. более чем 1000 человек.
– А вторая волна сказывается, стали больше обращаться?
– Пик продаж был в апреле, затем люди стали спокойнее относиться к теме коронавируса, и после снятия карантинных мер спрос на такие программы практически полностью упал. Сегодня продажи снова растут, но не такими темпами, как в начале пандемии.
– Сколько человек купило у вас эти страховки? Правильно я понимаю, что ты можешь рассчитывать на выплату, если у тебя диагностировали коронавирусную инфекцию?
– Купили защиту порядка 80 000 человек, и свыше 1000 юридических лиц и предпринимателей оформили специальную программу для своих сотрудников. У нас есть несколько продуктов. Первая история для частных лиц – когда клиент получает выплату после установления диагноза при наличии положительного теста и заключения врача. Для нас не важны симптомы – важен диагноз. И такая страховка стоит от 2000 руб. Вторая история – корпоративная программа, когда компания может позаботиться о своем коллективе и защитить на случай заболевания вирусом. Здесь стоимость индивидуальна и зависит от многих факторов.
«Альфастрахование» застраховалось
Владимир Скворцов рассказал о том, как сама страховая компания живет и работает во время пандемии: «В пик заболеваемости в апреле у нас на удаленке работало примерно 85% сотрудников московского офиса. В регионах ситуация разная: в некоторых филиалах это были цифры, сопоставимые с московскими, а в некоторых практически никто удаленно не работал, поскольку режима карантина на территории не было. Сейчас в Москве чуть больше 30% сотрудников работают удаленно, и мы внимательно следим за развитием ситуации.
Также мы помогаем нашим корпоративным клиентам в организации тестирования сотрудников. Это более 700 компаний и тысячи и тысячи сотрудников. Многие организации – и мы в том числе – в пик заболеваемости проводили 100%-ное тестирование сотрудников, которые находятся в офисе, и вот таким клиентам мы помогали и помогаем сегодня это сделать с точки зрения обеспечения организации процесса.
– Исходя из чего рассчитывали цену этих продуктов?
– Мы взяли статистику по заболеваниям типа гриппа, также отталкивались от данных мировой статистики по пандемии (тогда у нас были первые данные по Азии и Европе). Плюс мы строили прогнозы развития эпидемии в России исходя из уровня заболеваемости в стране с наиболее агрессивной динамикой развития эпидемии (на тот момент – Италия). Конечно, это был риск, но мы осознанно на него пошли, так как знали, что такой продукт будет клиентам интересен. Если бы ситуация развивалась по более негативному сценарию, мы бы скорректировали цены, но в России все шло по достаточно оптимистичному сценарию, и наш расчет оправдался.
– ЦБ в ходе проверки обнаружил, что нередко правила страхования дают возможность отказать в выплате возмещения либо задержать эту выплату. Тема болезненная – она скажется на имидже страховых компаний? А на продажах может сказаться?
– Конечно, это неприятно ударило по имиджу рынка. Подобные вещи складываются с течением времени в большой ящик под названием «страховщики обманывают». Я не проверял условия всех страховщиков, но что касается нашей компании, то мы с самого начала убрали стандартные исключения вроде чрезвычайной ситуации, эпидемии, так как именно от этого и страховали. И, собственно, наши выплаты подтверждают, что программа работает.
Особенности коронакризиса
– Как в целом страховой рынок отреагировал на коронакризис? Что было у вас с продажами в период самоизоляции, снизились ли они и в каких видах страхования?
– В корпоративном страховании мы пока не видим сокращения продаж вообще. Например, с точки зрения медицинского страхования – внимание к здоровью усиливается, все наши крупные корпоративные клиенты не только не отказываются от программ ДМС, но и думают о расширении покрытия. Что касается розничного страхования, то реакция граждан была более острой, и мы видели пик продаж перед карантином, в том числе из-за роста курса доллара, когда люди активно покупали автомобили, недвижимость, опасаясь роста цен и обесценивания рубля. В первую же неделю самоизоляции было снижение продаж на 50–60%, но ожидаемое, людям было не до этого. Сегодня мы наблюдаем практически полное восстановление по ОСАГО и уже превысили объем прошлого года. Средняя премия по этому виду будет снижаться, но это обусловлено не кризисом, а в первую очередь конкуренцией.
– Каков ваш прогноз сокращения страхового рынка в 2020 г.?
– Падение сборов рынка вряд ли будет более чем на 5–7%. Что касается сегментов, которые пострадают сильнее всего, то их три: страхование пассажиров, туристическое (страхование выезжающих за рубеж) и «Зеленая карта» – все, что связано с ограничениями и выездом за границу. Падения премий в медицинском страховании, надеюсь, не будет. Да, сокращаются бюджеты у предприятий, и давление вниз будет и на цены, и на объем покрытия. Но, с другой стороны, внимание к здоровью из-за коронавируса кратно выросло. Мы рассчитываем, что клиенты будут очень тщательно подходить к выбору программ медицинского страхования и не сильно резать бюджет.
Если страховые компании не начнут уходить на неоправданно низкие уровни цен, демпингуя, то снижение в целом по рынку возможно, но не радикальное.
– Чем этот кризис отличается от кризисов 2008 г. и 2014 г.?
– Страховой рынок всегда более гладко реагирует на шоки в экономике: в кризис 2008 г. рынок начал падать только в начале 2009 г. и падение составило около 7%, а кризиса 2014 г. страховой рынок совсем не заметил, так как падение было резким, [но] с быстрым восстановлением. Однако падение ВВП так или иначе отражается на страховании, плюс на нас влияет и падение реальных доходов населения: например, люди будут меньше покупать машин, а значит, и меньше страховать. Поэтому падение сборов страхового рынка неизбежно.
Другой вопрос, на который пока у нас нет ответа, – возможное изменение потребительского поведения. Предыдущие кризисы были чисто экономические, но сегодня коронавирус меняет потребительское поведение во всем мире. Люди научились работать удаленно, привыкли покупать в онлайне то, что они раньше не покупали.
Если эти изменения мы сможем использовать и фундаментально трансформировать основы рынка страхования, то, я считаю, это будет очень здорово. Мы много говорим о том, что диджитализация индустрии – это важно, но часто наталкивались на барьеры психологического характера со стороны клиентов, так как они боятся покупать страховки онлайн. Первый прорыв был с продажами электронного ОСАГО (е-ОСАГО): условно, если в 2016 г. все ездили с бумажками, то сейчас уже половина людей абсолютно спокойно пользуется е-ОСАГО. Если мы это распространим на другие виды страхования автомобилей, имущества, то это будет очень позитивно и для клиентов, и для страховщиков.
– Что будет с ценами? На какие продукты они вырастут, а на какие останутся неизменными или, может, снизятся?
– Мы увидим большое разнообразие цен. В ОСАГО благодаря новым возможностям, которые нам дает закон об индивидуализации тарифов, будем стараться давать более низкие цены аккуратным клиентам. То же самое в медицинском страховании: где-то будем предлагать точечный продукт, более дешевый, а для тех, кто захочет страховку посложнее, цена будет выше.
При этом надо помнить, что ценообразование – это комбинация очень многих факторов. Например, в автостраховании, с одной стороны, есть инфляция, и от нее никуда не денешься, поэтому цены на запчасти растут, и это толкает страховой тариф вверх. С другой – машины оснащаются качественными системами безопасности, предупреждениями об авариях, и мы видим снижение частотности аварий. И это не какие-то локальные данные за месяц или квартал, это общемировая тенденция. А это очевидно позволяет давать более низкие цены.

Перейти к источнику

Тинькофф Бизнес [CPS] RU
Оставить комментарий
Дебетовая карта Home Credit [CPS] RU

 

Отправить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

«Защита нужна от сегодняшних рисков, а не тех, что были год или 10 лет назад»

На пост руководителя «Альфастрахования» Владимир Скворцов пришел с мыслью, что страховой рынок – непаханое поле для изменений. И не ошибся: вот уже 20 лет гендиректор «пашет поле», а у него все еще «есть этот драйв». Под его руководством «Альфастрахование» стало одним из лидеров страхового рынка и вступило на путь цифровой трансформации. Но цель топ-менеджера не вывести страховщика на первые строчки рейтингов по сборам, а «стать номером один в сердце клиента».
В интервью «Ведомостям» Скворцов рассуждает, кто победит в соревновании за клиента – цифровизация и возможность продать любую страховку онлайн или традиционный подход: чаепитие с агентом и разговор «о том о сем». И рассказывает, с какими компаниями хотелось бы конкурировать в будущем, как кризис повлияет на страховой рынок и как отражается на нем регулирование Банка России.
– Пользуются ли спросом у вас страховки от коронавируса? С этической точки зрения не считаете, что это слишком конъюнктурный продукт?
– Я считаю, что задача страховой компании – реагировать на события, которые происходят, а не страховать только то, что привычно: машину, квартиру, дачу. Людям нужна защита от сегодняшних рисков, а не от тех, которые были вчера, год или 10 лет назад. Поэтому реакция страхового сообщества и наша реакция была абсолютно оправданна и правильна.
Мы предложили страхование от коронавируса одними из первых на рынке – в самом начале карантина, запустив продукт буквально с колес, за 10 дней, – и в конце марта – начале апреля начали продавать. Статистики по новому вирусу на тот момент было мало, поэтому мы ориентировались на расчеты и прогнозы, которые делали и продолжают делать в большом количестве медицинские эксперты. Программа хорошо себя показала. На сегодняшний день по ней выплачено свыше 46 млн руб. более чем 1000 человек.
– А вторая волна сказывается, стали больше обращаться?
– Пик продаж был в апреле, затем люди стали спокойнее относиться к теме коронавируса, и после снятия карантинных мер спрос на такие программы практически полностью упал. Сегодня продажи снова растут, но не такими темпами, как в начале пандемии.
– Сколько человек купило у вас эти страховки? Правильно я понимаю, что ты можешь рассчитывать на выплату, если у тебя диагностировали коронавирусную инфекцию?
– Купили защиту порядка 80 000 человек, и свыше 1000 юридических лиц и предпринимателей оформили специальную программу для своих сотрудников. У нас есть несколько продуктов. Первая история для частных лиц – когда клиент получает выплату после установления диагноза при наличии положительного теста и заключения врача. Для нас не важны симптомы – важен диагноз. И такая страховка стоит от 2000 руб. Вторая история – корпоративная программа, когда компания может позаботиться о своем коллективе и защитить на случай заболевания вирусом. Здесь стоимость индивидуальна и зависит от многих факторов.
«Альфастрахование» застраховалось
Владимир Скворцов рассказал о том, как сама страховая компания живет и работает во время пандемии: «В пик заболеваемости в апреле у нас на удаленке работало примерно 85% сотрудников московского офиса. В регионах ситуация разная: в некоторых филиалах это были цифры, сопоставимые с московскими, а в некоторых практически никто удаленно не работал, поскольку режима карантина на территории не было. Сейчас в Москве чуть больше 30% сотрудников работают удаленно, и мы внимательно следим за развитием ситуации.
Также мы помогаем нашим корпоративным клиентам в организации тестирования сотрудников. Это более 700 компаний и тысячи и тысячи сотрудников. Многие организации – и мы в том числе – в пик заболеваемости проводили 100%-ное тестирование сотрудников, которые находятся в офисе, и вот таким клиентам мы помогали и помогаем сегодня это сделать с точки зрения обеспечения организации процесса.
– Исходя из чего рассчитывали цену этих продуктов?
– Мы взяли статистику по заболеваниям типа гриппа, также отталкивались от данных мировой статистики по пандемии (тогда у нас были первые данные по Азии и Европе). Плюс мы строили прогнозы развития эпидемии в России исходя из уровня заболеваемости в стране с наиболее агрессивной динамикой развития эпидемии (на тот момент – Италия). Конечно, это был риск, но мы осознанно на него пошли, так как знали, что такой продукт будет клиентам интересен. Если бы ситуация развивалась по более негативному сценарию, мы бы скорректировали цены, но в России все шло по достаточно оптимистичному сценарию, и наш расчет оправдался.
– ЦБ в ходе проверки обнаружил, что нередко правила страхования дают возможность отказать в выплате возмещения либо задержать эту выплату. Тема болезненная – она скажется на имидже страховых компаний? А на продажах может сказаться?
– Конечно, это неприятно ударило по имиджу рынка. Подобные вещи складываются с течением времени в большой ящик под названием «страховщики обманывают». Я не проверял условия всех страховщиков, но что касается нашей компании, то мы с самого начала убрали стандартные исключения вроде чрезвычайной ситуации, эпидемии, так как именно от этого и страховали. И, собственно, наши выплаты подтверждают, что программа работает.
Особенности коронакризиса
– Как в целом страховой рынок отреагировал на коронакризис? Что было у вас с продажами в период самоизоляции, снизились ли они и в каких видах страхования?
– В корпоративном страховании мы пока не видим сокращения продаж вообще. Например, с точки зрения медицинского страхования – внимание к здоровью усиливается, все наши крупные корпоративные клиенты не только не отказываются от программ ДМС, но и думают о расширении покрытия. Что касается розничного страхования, то реакция граждан была более острой, и мы видели пик продаж перед карантином, в том числе из-за роста курса доллара, когда люди активно покупали автомобили, недвижимость, опасаясь роста цен и обесценивания рубля. В первую же неделю самоизоляции было снижение продаж на 50–60%, но ожидаемое, людям было не до этого. Сегодня мы наблюдаем практически полное восстановление по ОСАГО и уже превысили объем прошлого года. Средняя премия по этому виду будет снижаться, но это обусловлено не кризисом, а в первую очередь конкуренцией.
– Каков ваш прогноз сокращения страхового рынка в 2020 г.?
– Падение сборов рынка вряд ли будет более чем на 5–7%. Что касается сегментов, которые пострадают сильнее всего, то их три: страхование пассажиров, туристическое (страхование выезжающих за рубеж) и «Зеленая карта» – все, что связано с ограничениями и выездом за границу. Падения премий в медицинском страховании, надеюсь, не будет. Да, сокращаются бюджеты у предприятий, и давление вниз будет и на цены, и на объем покрытия. Но, с другой стороны, внимание к здоровью из-за коронавируса кратно выросло. Мы рассчитываем, что клиенты будут очень тщательно подходить к выбору программ медицинского страхования и не сильно резать бюджет.
Если страховые компании не начнут уходить на неоправданно низкие уровни цен, демпингуя, то снижение в целом по рынку возможно, но не радикальное.
– Чем этот кризис отличается от кризисов 2008 г. и 2014 г.?
– Страховой рынок всегда более гладко реагирует на шоки в экономике: в кризис 2008 г. рынок начал падать только в начале 2009 г. и падение составило около 7%, а кризиса 2014 г. страховой рынок совсем не заметил, так как падение было резким, [но] с быстрым восстановлением. Однако падение ВВП так или иначе отражается на страховании, плюс на нас влияет и падение реальных доходов населения: например, люди будут меньше покупать машин, а значит, и меньше страховать. Поэтому падение сборов страхового рынка неизбежно.
Другой вопрос, на который пока у нас нет ответа, – возможное изменение потребительского поведения. Предыдущие кризисы были чисто экономические, но сегодня коронавирус меняет потребительское поведение во всем мире. Люди научились работать удаленно, привыкли покупать в онлайне то, что они раньше не покупали.
Если эти изменения мы сможем использовать и фундаментально трансформировать основы рынка страхования, то, я считаю, это будет очень здорово. Мы много говорим о том, что диджитализация индустрии – это важно, но часто наталкивались на барьеры психологического характера со стороны клиентов, так как они боятся покупать страховки онлайн. Первый прорыв был с продажами электронного ОСАГО (е-ОСАГО): условно, если в 2016 г. все ездили с бумажками, то сейчас уже половина людей абсолютно спокойно пользуется е-ОСАГО. Если мы это распространим на другие виды страхования автомобилей, имущества, то это будет очень позитивно и для клиентов, и для страховщиков.
– Что будет с ценами? На какие продукты они вырастут, а на какие останутся неизменными или, может, снизятся?
– Мы увидим большое разнообразие цен. В ОСАГО благодаря новым возможностям, которые нам дает закон об индивидуализации тарифов, будем стараться давать более низкие цены аккуратным клиентам. То же самое в медицинском страховании: где-то будем предлагать точечный продукт, более дешевый, а для тех, кто захочет страховку посложнее, цена будет выше.
При этом надо помнить, что ценообразование – это комбинация очень многих факторов. Например, в автостраховании, с одной стороны, есть инфляция, и от нее никуда не денешься, поэтому цены на запчасти растут, и это толкает страховой тариф вверх. С другой – машины оснащаются качественными системами безопасности, предупреждениями об авариях, и мы видим снижение частотности аварий. И это не какие-то локальные данные за месяц или квартал, это общемировая тенденция. А это очевидно позволяет давать более низкие цены.

Перейти к источнику

Тинькофф Бизнес [CPS] RU
Оставить комментарий
Дебетовая карта Home Credit [CPS] RU

 

Отправить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

«Защита нужна от сегодняшних рисков, а не тех, что были год или 10 лет назад»

На пост руководителя «Альфастрахования» Владимир Скворцов пришел с мыслью, что страховой рынок – непаханое поле для изменений. И не ошибся: вот уже 20 лет гендиректор «пашет поле», а у него все еще «есть этот драйв». Под его руководством «Альфастрахование» стало одним из лидеров страхового рынка и вступило на путь цифровой трансформации. Но цель топ-менеджера не вывести страховщика на первые строчки рейтингов по сборам, а «стать номером один в сердце клиента».
В интервью «Ведомостям» Скворцов рассуждает, кто победит в соревновании за клиента – цифровизация и возможность продать любую страховку онлайн или традиционный подход: чаепитие с агентом и разговор «о том о сем». И рассказывает, с какими компаниями хотелось бы конкурировать в будущем, как кризис повлияет на страховой рынок и как отражается на нем регулирование Банка России.
– Пользуются ли спросом у вас страховки от коронавируса? С этической точки зрения не считаете, что это слишком конъюнктурный продукт?
– Я считаю, что задача страховой компании – реагировать на события, которые происходят, а не страховать только то, что привычно: машину, квартиру, дачу. Людям нужна защита от сегодняшних рисков, а не от тех, которые были вчера, год или 10 лет назад. Поэтому реакция страхового сообщества и наша реакция была абсолютно оправданна и правильна.
Мы предложили страхование от коронавируса одними из первых на рынке – в самом начале карантина, запустив продукт буквально с колес, за 10 дней, – и в конце марта – начале апреля начали продавать. Статистики по новому вирусу на тот момент было мало, поэтому мы ориентировались на расчеты и прогнозы, которые делали и продолжают делать в большом количестве медицинские эксперты. Программа хорошо себя показала. На сегодняшний день по ней выплачено свыше 46 млн руб. более чем 1000 человек.
– А вторая волна сказывается, стали больше обращаться?
– Пик продаж был в апреле, затем люди стали спокойнее относиться к теме коронавируса, и после снятия карантинных мер спрос на такие программы практически полностью упал. Сегодня продажи снова растут, но не такими темпами, как в начале пандемии.
– Сколько человек купило у вас эти страховки? Правильно я понимаю, что ты можешь рассчитывать на выплату, если у тебя диагностировали коронавирусную инфекцию?
– Купили защиту порядка 80 000 человек, и свыше 1000 юридических лиц и предпринимателей оформили специальную программу для своих сотрудников. У нас есть несколько продуктов. Первая история для частных лиц – когда клиент получает выплату после установления диагноза при наличии положительного теста и заключения врача. Для нас не важны симптомы – важен диагноз. И такая страховка стоит от 2000 руб. Вторая история – корпоративная программа, когда компания может позаботиться о своем коллективе и защитить на случай заболевания вирусом. Здесь стоимость индивидуальна и зависит от многих факторов.
«Альфастрахование» застраховалось
Владимир Скворцов рассказал о том, как сама страховая компания живет и работает во время пандемии: «В пик заболеваемости в апреле у нас на удаленке работало примерно 85% сотрудников московского офиса. В регионах ситуация разная: в некоторых филиалах это были цифры, сопоставимые с московскими, а в некоторых практически никто удаленно не работал, поскольку режима карантина на территории не было. Сейчас в Москве чуть больше 30% сотрудников работают удаленно, и мы внимательно следим за развитием ситуации.
Также мы помогаем нашим корпоративным клиентам в организации тестирования сотрудников. Это более 700 компаний и тысячи и тысячи сотрудников. Многие организации – и мы в том числе – в пик заболеваемости проводили 100%-ное тестирование сотрудников, которые находятся в офисе, и вот таким клиентам мы помогали и помогаем сегодня это сделать с точки зрения обеспечения организации процесса.
– Исходя из чего рассчитывали цену этих продуктов?
– Мы взяли статистику по заболеваниям типа гриппа, также отталкивались от данных мировой статистики по пандемии (тогда у нас были первые данные по Азии и Европе). Плюс мы строили прогнозы развития эпидемии в России исходя из уровня заболеваемости в стране с наиболее агрессивной динамикой развития эпидемии (на тот момент – Италия). Конечно, это был риск, но мы осознанно на него пошли, так как знали, что такой продукт будет клиентам интересен. Если бы ситуация развивалась по более негативному сценарию, мы бы скорректировали цены, но в России все шло по достаточно оптимистичному сценарию, и наш расчет оправдался.
– ЦБ в ходе проверки обнаружил, что нередко правила страхования дают возможность отказать в выплате возмещения либо задержать эту выплату. Тема болезненная – она скажется на имидже страховых компаний? А на продажах может сказаться?
– Конечно, это неприятно ударило по имиджу рынка. Подобные вещи складываются с течением времени в большой ящик под названием «страховщики обманывают». Я не проверял условия всех страховщиков, но что касается нашей компании, то мы с самого начала убрали стандартные исключения вроде чрезвычайной ситуации, эпидемии, так как именно от этого и страховали. И, собственно, наши выплаты подтверждают, что программа работает.
Особенности коронакризиса
– Как в целом страховой рынок отреагировал на коронакризис? Что было у вас с продажами в период самоизоляции, снизились ли они и в каких видах страхования?
– В корпоративном страховании мы пока не видим сокращения продаж вообще. Например, с точки зрения медицинского страхования – внимание к здоровью усиливается, все наши крупные корпоративные клиенты не только не отказываются от программ ДМС, но и думают о расширении покрытия. Что касается розничного страхования, то реакция граждан была более острой, и мы видели пик продаж перед карантином, в том числе из-за роста курса доллара, когда люди активно покупали автомобили, недвижимость, опасаясь роста цен и обесценивания рубля. В первую же неделю самоизоляции было снижение продаж на 50–60%, но ожидаемое, людям было не до этого. Сегодня мы наблюдаем практически полное восстановление по ОСАГО и уже превысили объем прошлого года. Средняя премия по этому виду будет снижаться, но это обусловлено не кризисом, а в первую очередь конкуренцией.
– Каков ваш прогноз сокращения страхового рынка в 2020 г.?
– Падение сборов рынка вряд ли будет более чем на 5–7%. Что касается сегментов, которые пострадают сильнее всего, то их три: страхование пассажиров, туристическое (страхование выезжающих за рубеж) и «Зеленая карта» – все, что связано с ограничениями и выездом за границу. Падения премий в медицинском страховании, надеюсь, не будет. Да, сокращаются бюджеты у предприятий, и давление вниз будет и на цены, и на объем покрытия. Но, с другой стороны, внимание к здоровью из-за коронавируса кратно выросло. Мы рассчитываем, что клиенты будут очень тщательно подходить к выбору программ медицинского страхования и не сильно резать бюджет.
Если страховые компании не начнут уходить на неоправданно низкие уровни цен, демпингуя, то снижение в целом по рынку возможно, но не радикальное.
– Чем этот кризис отличается от кризисов 2008 г. и 2014 г.?
– Страховой рынок всегда более гладко реагирует на шоки в экономике: в кризис 2008 г. рынок начал падать только в начале 2009 г. и падение составило около 7%, а кризиса 2014 г. страховой рынок совсем не заметил, так как падение было резким, [но] с быстрым восстановлением. Однако падение ВВП так или иначе отражается на страховании, плюс на нас влияет и падение реальных доходов населения: например, люди будут меньше покупать машин, а значит, и меньше страховать. Поэтому падение сборов страхового рынка неизбежно.
Другой вопрос, на который пока у нас нет ответа, – возможное изменение потребительского поведения. Предыдущие кризисы были чисто экономические, но сегодня коронавирус меняет потребительское поведение во всем мире. Люди научились работать удаленно, привыкли покупать в онлайне то, что они раньше не покупали.
Если эти изменения мы сможем использовать и фундаментально трансформировать основы рынка страхования, то, я считаю, это будет очень здорово. Мы много говорим о том, что диджитализация индустрии – это важно, но часто наталкивались на барьеры психологического характера со стороны клиентов, так как они боятся покупать страховки онлайн. Первый прорыв был с продажами электронного ОСАГО (е-ОСАГО): условно, если в 2016 г. все ездили с бумажками, то сейчас уже половина людей абсолютно спокойно пользуется е-ОСАГО. Если мы это распространим на другие виды страхования автомобилей, имущества, то это будет очень позитивно и для клиентов, и для страховщиков.
– Что будет с ценами? На какие продукты они вырастут, а на какие останутся неизменными или, может, снизятся?
– Мы увидим большое разнообразие цен. В ОСАГО благодаря новым возможностям, которые нам дает закон об индивидуализации тарифов, будем стараться давать более низкие цены аккуратным клиентам. То же самое в медицинском страховании: где-то будем предлагать точечный продукт, более дешевый, а для тех, кто захочет страховку посложнее, цена будет выше.
При этом надо помнить, что ценообразование – это комбинация очень многих факторов. Например, в автостраховании, с одной стороны, есть инфляция, и от нее никуда не денешься, поэтому цены на запчасти растут, и это толкает страховой тариф вверх. С другой – машины оснащаются качественными системами безопасности, предупреждениями об авариях, и мы видим снижение частотности аварий. И это не какие-то локальные данные за месяц или квартал, это общемировая тенденция. А это очевидно позволяет давать более низкие цены.

Перейти к источнику

Тинькофф Бизнес [CPS] RU
Оставить комментарий
Дебетовая карта Home Credit [CPS] RU

 

Отправить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

«Защита нужна от сегодняшних рисков, а не тех, что были год или 10 лет назад»

На пост руководителя «Альфастрахования» Владимир Скворцов пришел с мыслью, что страховой рынок – непаханое поле для изменений. И не ошибся: вот уже 20 лет гендиректор «пашет поле», а у него все еще «есть этот драйв». Под его руководством «Альфастрахование» стало одним из лидеров страхового рынка и вступило на путь цифровой трансформации. Но цель топ-менеджера не вывести страховщика на первые строчки рейтингов по сборам, а «стать номером один в сердце клиента».
В интервью «Ведомостям» Скворцов рассуждает, кто победит в соревновании за клиента – цифровизация и возможность продать любую страховку онлайн или традиционный подход: чаепитие с агентом и разговор «о том о сем». И рассказывает, с какими компаниями хотелось бы конкурировать в будущем, как кризис повлияет на страховой рынок и как отражается на нем регулирование Банка России.
– Пользуются ли спросом у вас страховки от коронавируса? С этической точки зрения не считаете, что это слишком конъюнктурный продукт?
– Я считаю, что задача страховой компании – реагировать на события, которые происходят, а не страховать только то, что привычно: машину, квартиру, дачу. Людям нужна защита от сегодняшних рисков, а не от тех, которые были вчера, год или 10 лет назад. Поэтому реакция страхового сообщества и наша реакция была абсолютно оправданна и правильна.
Мы предложили страхование от коронавируса одними из первых на рынке – в самом начале карантина, запустив продукт буквально с колес, за 10 дней, – и в конце марта – начале апреля начали продавать. Статистики по новому вирусу на тот момент было мало, поэтому мы ориентировались на расчеты и прогнозы, которые делали и продолжают делать в большом количестве медицинские эксперты. Программа хорошо себя показала. На сегодняшний день по ней выплачено свыше 46 млн руб. более чем 1000 человек.
– А вторая волна сказывается, стали больше обращаться?
– Пик продаж был в апреле, затем люди стали спокойнее относиться к теме коронавируса, и после снятия карантинных мер спрос на такие программы практически полностью упал. Сегодня продажи снова растут, но не такими темпами, как в начале пандемии.
– Сколько человек купило у вас эти страховки? Правильно я понимаю, что ты можешь рассчитывать на выплату, если у тебя диагностировали коронавирусную инфекцию?
– Купили защиту порядка 80 000 человек, и свыше 1000 юридических лиц и предпринимателей оформили специальную программу для своих сотрудников. У нас есть несколько продуктов. Первая история для частных лиц – когда клиент получает выплату после установления диагноза при наличии положительного теста и заключения врача. Для нас не важны симптомы – важен диагноз. И такая страховка стоит от 2000 руб. Вторая история – корпоративная программа, когда компания может позаботиться о своем коллективе и защитить на случай заболевания вирусом. Здесь стоимость индивидуальна и зависит от многих факторов.
«Альфастрахование» застраховалось
Владимир Скворцов рассказал о том, как сама страховая компания живет и работает во время пандемии: «В пик заболеваемости в апреле у нас на удаленке работало примерно 85% сотрудников московского офиса. В регионах ситуация разная: в некоторых филиалах это были цифры, сопоставимые с московскими, а в некоторых практически никто удаленно не работал, поскольку режима карантина на территории не было. Сейчас в Москве чуть больше 30% сотрудников работают удаленно, и мы внимательно следим за развитием ситуации.
Также мы помогаем нашим корпоративным клиентам в организации тестирования сотрудников. Это более 700 компаний и тысячи и тысячи сотрудников. Многие организации – и мы в том числе – в пик заболеваемости проводили 100%-ное тестирование сотрудников, которые находятся в офисе, и вот таким клиентам мы помогали и помогаем сегодня это сделать с точки зрения обеспечения организации процесса.
– Исходя из чего рассчитывали цену этих продуктов?
– Мы взяли статистику по заболеваниям типа гриппа, также отталкивались от данных мировой статистики по пандемии (тогда у нас были первые данные по Азии и Европе). Плюс мы строили прогнозы развития эпидемии в России исходя из уровня заболеваемости в стране с наиболее агрессивной динамикой развития эпидемии (на тот момент – Италия). Конечно, это был риск, но мы осознанно на него пошли, так как знали, что такой продукт будет клиентам интересен. Если бы ситуация развивалась по более негативному сценарию, мы бы скорректировали цены, но в России все шло по достаточно оптимистичному сценарию, и наш расчет оправдался.
– ЦБ в ходе проверки обнаружил, что нередко правила страхования дают возможность отказать в выплате возмещения либо задержать эту выплату. Тема болезненная – она скажется на имидже страховых компаний? А на продажах может сказаться?
– Конечно, это неприятно ударило по имиджу рынка. Подобные вещи складываются с течением времени в большой ящик под названием «страховщики обманывают». Я не проверял условия всех страховщиков, но что касается нашей компании, то мы с самого начала убрали стандартные исключения вроде чрезвычайной ситуации, эпидемии, так как именно от этого и страховали. И, собственно, наши выплаты подтверждают, что программа работает.
Особенности коронакризиса
– Как в целом страховой рынок отреагировал на коронакризис? Что было у вас с продажами в период самоизоляции, снизились ли они и в каких видах страхования?
– В корпоративном страховании мы пока не видим сокращения продаж вообще. Например, с точки зрения медицинского страхования – внимание к здоровью усиливается, все наши крупные корпоративные клиенты не только не отказываются от программ ДМС, но и думают о расширении покрытия. Что касается розничного страхования, то реакция граждан была более острой, и мы видели пик продаж перед карантином, в том числе из-за роста курса доллара, когда люди активно покупали автомобили, недвижимость, опасаясь роста цен и обесценивания рубля. В первую же неделю самоизоляции было снижение продаж на 50–60%, но ожидаемое, людям было не до этого. Сегодня мы наблюдаем практически полное восстановление по ОСАГО и уже превысили объем прошлого года. Средняя премия по этому виду будет снижаться, но это обусловлено не кризисом, а в первую очередь конкуренцией.
– Каков ваш прогноз сокращения страхового рынка в 2020 г.?
– Падение сборов рынка вряд ли будет более чем на 5–7%. Что касается сегментов, которые пострадают сильнее всего, то их три: страхование пассажиров, туристическое (страхование выезжающих за рубеж) и «Зеленая карта» – все, что связано с ограничениями и выездом за границу. Падения премий в медицинском страховании, надеюсь, не будет. Да, сокращаются бюджеты у предприятий, и давление вниз будет и на цены, и на объем покрытия. Но, с другой стороны, внимание к здоровью из-за коронавируса кратно выросло. Мы рассчитываем, что клиенты будут очень тщательно подходить к выбору программ медицинского страхования и не сильно резать бюджет.
Если страховые компании не начнут уходить на неоправданно низкие уровни цен, демпингуя, то снижение в целом по рынку возможно, но не радикальное.
– Чем этот кризис отличается от кризисов 2008 г. и 2014 г.?
– Страховой рынок всегда более гладко реагирует на шоки в экономике: в кризис 2008 г. рынок начал падать только в начале 2009 г. и падение составило около 7%, а кризиса 2014 г. страховой рынок совсем не заметил, так как падение было резким, [но] с быстрым восстановлением. Однако падение ВВП так или иначе отражается на страховании, плюс на нас влияет и падение реальных доходов населения: например, люди будут меньше покупать машин, а значит, и меньше страховать. Поэтому падение сборов страхового рынка неизбежно.
Другой вопрос, на который пока у нас нет ответа, – возможное изменение потребительского поведения. Предыдущие кризисы были чисто экономические, но сегодня коронавирус меняет потребительское поведение во всем мире. Люди научились работать удаленно, привыкли покупать в онлайне то, что они раньше не покупали.
Если эти изменения мы сможем использовать и фундаментально трансформировать основы рынка страхования, то, я считаю, это будет очень здорово. Мы много говорим о том, что диджитализация индустрии – это важно, но часто наталкивались на барьеры психологического характера со стороны клиентов, так как они боятся покупать страховки онлайн. Первый прорыв был с продажами электронного ОСАГО (е-ОСАГО): условно, если в 2016 г. все ездили с бумажками, то сейчас уже половина людей абсолютно спокойно пользуется е-ОСАГО. Если мы это распространим на другие виды страхования автомобилей, имущества, то это будет очень позитивно и для клиентов, и для страховщиков.
– Что будет с ценами? На какие продукты они вырастут, а на какие останутся неизменными или, может, снизятся?
– Мы увидим большое разнообразие цен. В ОСАГО благодаря новым возможностям, которые нам дает закон об индивидуализации тарифов, будем стараться давать более низкие цены аккуратным клиентам. То же самое в медицинском страховании: где-то будем предлагать точечный продукт, более дешевый, а для тех, кто захочет страховку посложнее, цена будет выше.
При этом надо помнить, что ценообразование – это комбинация очень многих факторов. Например, в автостраховании, с одной стороны, есть инфляция, и от нее никуда не денешься, поэтому цены на запчасти растут, и это толкает страховой тариф вверх. С другой – машины оснащаются качественными системами безопасности, предупреждениями об авариях, и мы видим снижение частотности аварий. И это не какие-то локальные данные за месяц или квартал, это общемировая тенденция. А это очевидно позволяет давать более низкие цены.

Перейти к источнику

Тинькофф Бизнес [CPS] RU
Оставить комментарий
Дебетовая карта Home Credit [CPS] RU

 

Отправить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

«Защита нужна от сегодняшних рисков, а не тех, что были год или 10 лет назад»

На пост руководителя «Альфастрахования» Владимир Скворцов пришел с мыслью, что страховой рынок – непаханое поле для изменений. И не ошибся: вот уже 20 лет гендиректор «пашет поле», а у него все еще «есть этот драйв». Под его руководством «Альфастрахование» стало одним из лидеров страхового рынка и вступило на путь цифровой трансформации. Но цель топ-менеджера не вывести страховщика на первые строчки рейтингов по сборам, а «стать номером один в сердце клиента».
В интервью «Ведомостям» Скворцов рассуждает, кто победит в соревновании за клиента – цифровизация и возможность продать любую страховку онлайн или традиционный подход: чаепитие с агентом и разговор «о том о сем». И рассказывает, с какими компаниями хотелось бы конкурировать в будущем, как кризис повлияет на страховой рынок и как отражается на нем регулирование Банка России.
– Пользуются ли спросом у вас страховки от коронавируса? С этической точки зрения не считаете, что это слишком конъюнктурный продукт?
– Я считаю, что задача страховой компании – реагировать на события, которые происходят, а не страховать только то, что привычно: машину, квартиру, дачу. Людям нужна защита от сегодняшних рисков, а не от тех, которые были вчера, год или 10 лет назад. Поэтому реакция страхового сообщества и наша реакция была абсолютно оправданна и правильна.
Мы предложили страхование от коронавируса одними из первых на рынке – в самом начале карантина, запустив продукт буквально с колес, за 10 дней, – и в конце марта – начале апреля начали продавать. Статистики по новому вирусу на тот момент было мало, поэтому мы ориентировались на расчеты и прогнозы, которые делали и продолжают делать в большом количестве медицинские эксперты. Программа хорошо себя показала. На сегодняшний день по ней выплачено свыше 46 млн руб. более чем 1000 человек.
– А вторая волна сказывается, стали больше обращаться?
– Пик продаж был в апреле, затем люди стали спокойнее относиться к теме коронавируса, и после снятия карантинных мер спрос на такие программы практически полностью упал. Сегодня продажи снова растут, но не такими темпами, как в начале пандемии.
– Сколько человек купило у вас эти страховки? Правильно я понимаю, что ты можешь рассчитывать на выплату, если у тебя диагностировали коронавирусную инфекцию?
– Купили защиту порядка 80 000 человек, и свыше 1000 юридических лиц и предпринимателей оформили специальную программу для своих сотрудников. У нас есть несколько продуктов. Первая история для частных лиц – когда клиент получает выплату после установления диагноза при наличии положительного теста и заключения врача. Для нас не важны симптомы – важен диагноз. И такая страховка стоит от 2000 руб. Вторая история – корпоративная программа, когда компания может позаботиться о своем коллективе и защитить на случай заболевания вирусом. Здесь стоимость индивидуальна и зависит от многих факторов.
«Альфастрахование» застраховалось
Владимир Скворцов рассказал о том, как сама страховая компания живет и работает во время пандемии: «В пик заболеваемости в апреле у нас на удаленке работало примерно 85% сотрудников московского офиса. В регионах ситуация разная: в некоторых филиалах это были цифры, сопоставимые с московскими, а в некоторых практически никто удаленно не работал, поскольку режима карантина на территории не было. Сейчас в Москве чуть больше 30% сотрудников работают удаленно, и мы внимательно следим за развитием ситуации.
Также мы помогаем нашим корпоративным клиентам в организации тестирования сотрудников. Это более 700 компаний и тысячи и тысячи сотрудников. Многие организации – и мы в том числе – в пик заболеваемости проводили 100%-ное тестирование сотрудников, которые находятся в офисе, и вот таким клиентам мы помогали и помогаем сегодня это сделать с точки зрения обеспечения организации процесса.
– Исходя из чего рассчитывали цену этих продуктов?
– Мы взяли статистику по заболеваниям типа гриппа, также отталкивались от данных мировой статистики по пандемии (тогда у нас были первые данные по Азии и Европе). Плюс мы строили прогнозы развития эпидемии в России исходя из уровня заболеваемости в стране с наиболее агрессивной динамикой развития эпидемии (на тот момент – Италия). Конечно, это был риск, но мы осознанно на него пошли, так как знали, что такой продукт будет клиентам интересен. Если бы ситуация развивалась по более негативному сценарию, мы бы скорректировали цены, но в России все шло по достаточно оптимистичному сценарию, и наш расчет оправдался.
– ЦБ в ходе проверки обнаружил, что нередко правила страхования дают возможность отказать в выплате возмещения либо задержать эту выплату. Тема болезненная – она скажется на имидже страховых компаний? А на продажах может сказаться?
– Конечно, это неприятно ударило по имиджу рынка. Подобные вещи складываются с течением времени в большой ящик под названием «страховщики обманывают». Я не проверял условия всех страховщиков, но что касается нашей компании, то мы с самого начала убрали стандартные исключения вроде чрезвычайной ситуации, эпидемии, так как именно от этого и страховали. И, собственно, наши выплаты подтверждают, что программа работает.
Особенности коронакризиса
– Как в целом страховой рынок отреагировал на коронакризис? Что было у вас с продажами в период самоизоляции, снизились ли они и в каких видах страхования?
– В корпоративном страховании мы пока не видим сокращения продаж вообще. Например, с точки зрения медицинского страхования – внимание к здоровью усиливается, все наши крупные корпоративные клиенты не только не отказываются от программ ДМС, но и думают о расширении покрытия. Что касается розничного страхования, то реакция граждан была более острой, и мы видели пик продаж перед карантином, в том числе из-за роста курса доллара, когда люди активно покупали автомобили, недвижимость, опасаясь роста цен и обесценивания рубля. В первую же неделю самоизоляции было снижение продаж на 50–60%, но ожидаемое, людям было не до этого. Сегодня мы наблюдаем практически полное восстановление по ОСАГО и уже превысили объем прошлого года. Средняя премия по этому виду будет снижаться, но это обусловлено не кризисом, а в первую очередь конкуренцией.
– Каков ваш прогноз сокращения страхового рынка в 2020 г.?
– Падение сборов рынка вряд ли будет более чем на 5–7%. Что касается сегментов, которые пострадают сильнее всего, то их три: страхование пассажиров, туристическое (страхование выезжающих за рубеж) и «Зеленая карта» – все, что связано с ограничениями и выездом за границу. Падения премий в медицинском страховании, надеюсь, не будет. Да, сокращаются бюджеты у предприятий, и давление вниз будет и на цены, и на объем покрытия. Но, с другой стороны, внимание к здоровью из-за коронавируса кратно выросло. Мы рассчитываем, что клиенты будут очень тщательно подходить к выбору программ медицинского страхования и не сильно резать бюджет.
Если страховые компании не начнут уходить на неоправданно низкие уровни цен, демпингуя, то снижение в целом по рынку возможно, но не радикальное.
– Чем этот кризис отличается от кризисов 2008 г. и 2014 г.?
– Страховой рынок всегда более гладко реагирует на шоки в экономике: в кризис 2008 г. рынок начал падать только в начале 2009 г. и падение составило около 7%, а кризиса 2014 г. страховой рынок совсем не заметил, так как падение было резким, [но] с быстрым восстановлением. Однако падение ВВП так или иначе отражается на страховании, плюс на нас влияет и падение реальных доходов населения: например, люди будут меньше покупать машин, а значит, и меньше страховать. Поэтому падение сборов страхового рынка неизбежно.
Другой вопрос, на который пока у нас нет ответа, – возможное изменение потребительского поведения. Предыдущие кризисы были чисто экономические, но сегодня коронавирус меняет потребительское поведение во всем мире. Люди научились работать удаленно, привыкли покупать в онлайне то, что они раньше не покупали.
Если эти изменения мы сможем использовать и фундаментально трансформировать основы рынка страхования, то, я считаю, это будет очень здорово. Мы много говорим о том, что диджитализация индустрии – это важно, но часто наталкивались на барьеры психологического характера со стороны клиентов, так как они боятся покупать страховки онлайн. Первый прорыв был с продажами электронного ОСАГО (е-ОСАГО): условно, если в 2016 г. все ездили с бумажками, то сейчас уже половина людей абсолютно спокойно пользуется е-ОСАГО. Если мы это распространим на другие виды страхования автомобилей, имущества, то это будет очень позитивно и для клиентов, и для страховщиков.
– Что будет с ценами? На какие продукты они вырастут, а на какие останутся неизменными или, может, снизятся?
– Мы увидим большое разнообразие цен. В ОСАГО благодаря новым возможностям, которые нам дает закон об индивидуализации тарифов, будем стараться давать более низкие цены аккуратным клиентам. То же самое в медицинском страховании: где-то будем предлагать точечный продукт, более дешевый, а для тех, кто захочет страховку посложнее, цена будет выше.
При этом надо помнить, что ценообразование – это комбинация очень многих факторов. Например, в автостраховании, с одной стороны, есть инфляция, и от нее никуда не денешься, поэтому цены на запчасти растут, и это толкает страховой тариф вверх. С другой – машины оснащаются качественными системами безопасности, предупреждениями об авариях, и мы видим снижение частотности аварий. И это не какие-то локальные данные за месяц или квартал, это общемировая тенденция. А это очевидно позволяет давать более низкие цены.

Перейти к источнику

Тинькофф Бизнес [CPS] RU
Оставить комментарий
Дебетовая карта Home Credit [CPS] RU

 

Отправить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

«Защита нужна от сегодняшних рисков, а не тех, что были год или 10 лет назад»

На пост руководителя «Альфастрахования» Владимир Скворцов пришел с мыслью, что страховой рынок – непаханое поле для изменений. И не ошибся: вот уже 20 лет гендиректор «пашет поле», а у него все еще «есть этот драйв». Под его руководством «Альфастрахование» стало одним из лидеров страхового рынка и вступило на путь цифровой трансформации. Но цель топ-менеджера не вывести страховщика на первые строчки рейтингов по сборам, а «стать номером один в сердце клиента».
В интервью «Ведомостям» Скворцов рассуждает, кто победит в соревновании за клиента – цифровизация и возможность продать любую страховку онлайн или традиционный подход: чаепитие с агентом и разговор «о том о сем». И рассказывает, с какими компаниями хотелось бы конкурировать в будущем, как кризис повлияет на страховой рынок и как отражается на нем регулирование Банка России.
– Пользуются ли спросом у вас страховки от коронавируса? С этической точки зрения не считаете, что это слишком конъюнктурный продукт?
– Я считаю, что задача страховой компании – реагировать на события, которые происходят, а не страховать только то, что привычно: машину, квартиру, дачу. Людям нужна защита от сегодняшних рисков, а не от тех, которые были вчера, год или 10 лет назад. Поэтому реакция страхового сообщества и наша реакция была абсолютно оправданна и правильна.
Мы предложили страхование от коронавируса одними из первых на рынке – в самом начале карантина, запустив продукт буквально с колес, за 10 дней, – и в конце марта – начале апреля начали продавать. Статистики по новому вирусу на тот момент было мало, поэтому мы ориентировались на расчеты и прогнозы, которые делали и продолжают делать в большом количестве медицинские эксперты. Программа хорошо себя показала. На сегодняшний день по ней выплачено свыше 46 млн руб. более чем 1000 человек.
– А вторая волна сказывается, стали больше обращаться?
– Пик продаж был в апреле, затем люди стали спокойнее относиться к теме коронавируса, и после снятия карантинных мер спрос на такие программы практически полностью упал. Сегодня продажи снова растут, но не такими темпами, как в начале пандемии.
– Сколько человек купило у вас эти страховки? Правильно я понимаю, что ты можешь рассчитывать на выплату, если у тебя диагностировали коронавирусную инфекцию?
– Купили защиту порядка 80 000 человек, и свыше 1000 юридических лиц и предпринимателей оформили специальную программу для своих сотрудников. У нас есть несколько продуктов. Первая история для частных лиц – когда клиент получает выплату после установления диагноза при наличии положительного теста и заключения врача. Для нас не важны симптомы – важен диагноз. И такая страховка стоит от 2000 руб. Вторая история – корпоративная программа, когда компания может позаботиться о своем коллективе и защитить на случай заболевания вирусом. Здесь стоимость индивидуальна и зависит от многих факторов.
«Альфастрахование» застраховалось
Владимир Скворцов рассказал о том, как сама страховая компания живет и работает во время пандемии: «В пик заболеваемости в апреле у нас на удаленке работало примерно 85% сотрудников московского офиса. В регионах ситуация разная: в некоторых филиалах это были цифры, сопоставимые с московскими, а в некоторых практически никто удаленно не работал, поскольку режима карантина на территории не было. Сейчас в Москве чуть больше 30% сотрудников работают удаленно, и мы внимательно следим за развитием ситуации.
Также мы помогаем нашим корпоративным клиентам в организации тестирования сотрудников. Это более 700 компаний и тысячи и тысячи сотрудников. Многие организации – и мы в том числе – в пик заболеваемости проводили 100%-ное тестирование сотрудников, которые находятся в офисе, и вот таким клиентам мы помогали и помогаем сегодня это сделать с точки зрения обеспечения организации процесса.
– Исходя из чего рассчитывали цену этих продуктов?
– Мы взяли статистику по заболеваниям типа гриппа, также отталкивались от данных мировой статистики по пандемии (тогда у нас были первые данные по Азии и Европе). Плюс мы строили прогнозы развития эпидемии в России исходя из уровня заболеваемости в стране с наиболее агрессивной динамикой развития эпидемии (на тот момент – Италия). Конечно, это был риск, но мы осознанно на него пошли, так как знали, что такой продукт будет клиентам интересен. Если бы ситуация развивалась по более негативному сценарию, мы бы скорректировали цены, но в России все шло по достаточно оптимистичному сценарию, и наш расчет оправдался.
– ЦБ в ходе проверки обнаружил, что нередко правила страхования дают возможность отказать в выплате возмещения либо задержать эту выплату. Тема болезненная – она скажется на имидже страховых компаний? А на продажах может сказаться?
– Конечно, это неприятно ударило по имиджу рынка. Подобные вещи складываются с течением времени в большой ящик под названием «страховщики обманывают». Я не проверял условия всех страховщиков, но что касается нашей компании, то мы с самого начала убрали стандартные исключения вроде чрезвычайной ситуации, эпидемии, так как именно от этого и страховали. И, собственно, наши выплаты подтверждают, что программа работает.
Особенности коронакризиса
– Как в целом страховой рынок отреагировал на коронакризис? Что было у вас с продажами в период самоизоляции, снизились ли они и в каких видах страхования?
– В корпоративном страховании мы пока не видим сокращения продаж вообще. Например, с точки зрения медицинского страхования – внимание к здоровью усиливается, все наши крупные корпоративные клиенты не только не отказываются от программ ДМС, но и думают о расширении покрытия. Что касается розничного страхования, то реакция граждан была более острой, и мы видели пик продаж перед карантином, в том числе из-за роста курса доллара, когда люди активно покупали автомобили, недвижимость, опасаясь роста цен и обесценивания рубля. В первую же неделю самоизоляции было снижение продаж на 50–60%, но ожидаемое, людям было не до этого. Сегодня мы наблюдаем практически полное восстановление по ОСАГО и уже превысили объем прошлого года. Средняя премия по этому виду будет снижаться, но это обусловлено не кризисом, а в первую очередь конкуренцией.
– Каков ваш прогноз сокращения страхового рынка в 2020 г.?
– Падение сборов рынка вряд ли будет более чем на 5–7%. Что касается сегментов, которые пострадают сильнее всего, то их три: страхование пассажиров, туристическое (страхование выезжающих за рубеж) и «Зеленая карта» – все, что связано с ограничениями и выездом за границу. Падения премий в медицинском страховании, надеюсь, не будет. Да, сокращаются бюджеты у предприятий, и давление вниз будет и на цены, и на объем покрытия. Но, с другой стороны, внимание к здоровью из-за коронавируса кратно выросло. Мы рассчитываем, что клиенты будут очень тщательно подходить к выбору программ медицинского страхования и не сильно резать бюджет.
Если страховые компании не начнут уходить на неоправданно низкие уровни цен, демпингуя, то снижение в целом по рынку возможно, но не радикальное.
– Чем этот кризис отличается от кризисов 2008 г. и 2014 г.?
– Страховой рынок всегда более гладко реагирует на шоки в экономике: в кризис 2008 г. рынок начал падать только в начале 2009 г. и падение составило около 7%, а кризиса 2014 г. страховой рынок совсем не заметил, так как падение было резким, [но] с быстрым восстановлением. Однако падение ВВП так или иначе отражается на страховании, плюс на нас влияет и падение реальных доходов населения: например, люди будут меньше покупать машин, а значит, и меньше страховать. Поэтому падение сборов страхового рынка неизбежно.
Другой вопрос, на который пока у нас нет ответа, – возможное изменение потребительского поведения. Предыдущие кризисы были чисто экономические, но сегодня коронавирус меняет потребительское поведение во всем мире. Люди научились работать удаленно, привыкли покупать в онлайне то, что они раньше не покупали.
Если эти изменения мы сможем использовать и фундаментально трансформировать основы рынка страхования, то, я считаю, это будет очень здорово. Мы много говорим о том, что диджитализация индустрии – это важно, но часто наталкивались на барьеры психологического характера со стороны клиентов, так как они боятся покупать страховки онлайн. Первый прорыв был с продажами электронного ОСАГО (е-ОСАГО): условно, если в 2016 г. все ездили с бумажками, то сейчас уже половина людей абсолютно спокойно пользуется е-ОСАГО. Если мы это распространим на другие виды страхования автомобилей, имущества, то это будет очень позитивно и для клиентов, и для страховщиков.
– Что будет с ценами? На какие продукты они вырастут, а на какие останутся неизменными или, может, снизятся?
– Мы увидим большое разнообразие цен. В ОСАГО благодаря новым возможностям, которые нам дает закон об индивидуализации тарифов, будем стараться давать более низкие цены аккуратным клиентам. То же самое в медицинском страховании: где-то будем предлагать точечный продукт, более дешевый, а для тех, кто захочет страховку посложнее, цена будет выше.
При этом надо помнить, что ценообразование – это комбинация очень многих факторов. Например, в автостраховании, с одной стороны, есть инфляция, и от нее никуда не денешься, поэтому цены на запчасти растут, и это толкает страховой тариф вверх. С другой – машины оснащаются качественными системами безопасности, предупреждениями об авариях, и мы видим снижение частотности аварий. И это не какие-то локальные данные за месяц или квартал, это общемировая тенденция. А это очевидно позволяет давать более низкие цены.

Перейти к источнику

Тинькофф Бизнес [CPS] RU
Оставить комментарий
Дебетовая карта Home Credit [CPS] RU

 

Отправить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

«Защита нужна от сегодняшних рисков, а не тех, что были год или 10 лет назад»

На пост руководителя «Альфастрахования» Владимир Скворцов пришел с мыслью, что страховой рынок – непаханое поле для изменений. И не ошибся: вот уже 20 лет гендиректор «пашет поле», а у него все еще «есть этот драйв». Под его руководством «Альфастрахование» стало одним из лидеров страхового рынка и вступило на путь цифровой трансформации. Но цель топ-менеджера не вывести страховщика на первые строчки рейтингов по сборам, а «стать номером один в сердце клиента».
В интервью «Ведомостям» Скворцов рассуждает, кто победит в соревновании за клиента – цифровизация и возможность продать любую страховку онлайн или традиционный подход: чаепитие с агентом и разговор «о том о сем». И рассказывает, с какими компаниями хотелось бы конкурировать в будущем, как кризис повлияет на страховой рынок и как отражается на нем регулирование Банка России.
– Пользуются ли спросом у вас страховки от коронавируса? С этической точки зрения не считаете, что это слишком конъюнктурный продукт?
– Я считаю, что задача страховой компании – реагировать на события, которые происходят, а не страховать только то, что привычно: машину, квартиру, дачу. Людям нужна защита от сегодняшних рисков, а не от тех, которые были вчера, год или 10 лет назад. Поэтому реакция страхового сообщества и наша реакция была абсолютно оправданна и правильна.
Мы предложили страхование от коронавируса одними из первых на рынке – в самом начале карантина, запустив продукт буквально с колес, за 10 дней, – и в конце марта – начале апреля начали продавать. Статистики по новому вирусу на тот момент было мало, поэтому мы ориентировались на расчеты и прогнозы, которые делали и продолжают делать в большом количестве медицинские эксперты. Программа хорошо себя показала. На сегодняшний день по ней выплачено свыше 46 млн руб. более чем 1000 человек.
– А вторая волна сказывается, стали больше обращаться?
– Пик продаж был в апреле, затем люди стали спокойнее относиться к теме коронавируса, и после снятия карантинных мер спрос на такие программы практически полностью упал. Сегодня продажи снова растут, но не такими темпами, как в начале пандемии.
– Сколько человек купило у вас эти страховки? Правильно я понимаю, что ты можешь рассчитывать на выплату, если у тебя диагностировали коронавирусную инфекцию?
– Купили защиту порядка 80 000 человек, и свыше 1000 юридических лиц и предпринимателей оформили специальную программу для своих сотрудников. У нас есть несколько продуктов. Первая история для частных лиц – когда клиент получает выплату после установления диагноза при наличии положительного теста и заключения врача. Для нас не важны симптомы – важен диагноз. И такая страховка стоит от 2000 руб. Вторая история – корпоративная программа, когда компания может позаботиться о своем коллективе и защитить на случай заболевания вирусом. Здесь стоимость индивидуальна и зависит от многих факторов.
«Альфастрахование» застраховалось
Владимир Скворцов рассказал о том, как сама страховая компания живет и работает во время пандемии: «В пик заболеваемости в апреле у нас на удаленке работало примерно 85% сотрудников московского офиса. В регионах ситуация разная: в некоторых филиалах это были цифры, сопоставимые с московскими, а в некоторых практически никто удаленно не работал, поскольку режима карантина на территории не было. Сейчас в Москве чуть больше 30% сотрудников работают удаленно, и мы внимательно следим за развитием ситуации.
Также мы помогаем нашим корпоративным клиентам в организации тестирования сотрудников. Это более 700 компаний и тысячи и тысячи сотрудников. Многие организации – и мы в том числе – в пик заболеваемости проводили 100%-ное тестирование сотрудников, которые находятся в офисе, и вот таким клиентам мы помогали и помогаем сегодня это сделать с точки зрения обеспечения организации процесса.
– Исходя из чего рассчитывали цену этих продуктов?
– Мы взяли статистику по заболеваниям типа гриппа, также отталкивались от данных мировой статистики по пандемии (тогда у нас были первые данные по Азии и Европе). Плюс мы строили прогнозы развития эпидемии в России исходя из уровня заболеваемости в стране с наиболее агрессивной динамикой развития эпидемии (на тот момент – Италия). Конечно, это был риск, но мы осознанно на него пошли, так как знали, что такой продукт будет клиентам интересен. Если бы ситуация развивалась по более негативному сценарию, мы бы скорректировали цены, но в России все шло по достаточно оптимистичному сценарию, и наш расчет оправдался.
– ЦБ в ходе проверки обнаружил, что нередко правила страхования дают возможность отказать в выплате возмещения либо задержать эту выплату. Тема болезненная – она скажется на имидже страховых компаний? А на продажах может сказаться?
– Конечно, это неприятно ударило по имиджу рынка. Подобные вещи складываются с течением времени в большой ящик под названием «страховщики обманывают». Я не проверял условия всех страховщиков, но что касается нашей компании, то мы с самого начала убрали стандартные исключения вроде чрезвычайной ситуации, эпидемии, так как именно от этого и страховали. И, собственно, наши выплаты подтверждают, что программа работает.
Особенности коронакризиса
– Как в целом страховой рынок отреагировал на коронакризис? Что было у вас с продажами в период самоизоляции, снизились ли они и в каких видах страхования?
– В корпоративном страховании мы пока не видим сокращения продаж вообще. Например, с точки зрения медицинского страхования – внимание к здоровью усиливается, все наши крупные корпоративные клиенты не только не отказываются от программ ДМС, но и думают о расширении покрытия. Что касается розничного страхования, то реакция граждан была более острой, и мы видели пик продаж перед карантином, в том числе из-за роста курса доллара, когда люди активно покупали автомобили, недвижимость, опасаясь роста цен и обесценивания рубля. В первую же неделю самоизоляции было снижение продаж на 50–60%, но ожидаемое, людям было не до этого. Сегодня мы наблюдаем практически полное восстановление по ОСАГО и уже превысили объем прошлого года. Средняя премия по этому виду будет снижаться, но это обусловлено не кризисом, а в первую очередь конкуренцией.
– Каков ваш прогноз сокращения страхового рынка в 2020 г.?
– Падение сборов рынка вряд ли будет более чем на 5–7%. Что касается сегментов, которые пострадают сильнее всего, то их три: страхование пассажиров, туристическое (страхование выезжающих за рубеж) и «Зеленая карта» – все, что связано с ограничениями и выездом за границу. Падения премий в медицинском страховании, надеюсь, не будет. Да, сокращаются бюджеты у предприятий, и давление вниз будет и на цены, и на объем покрытия. Но, с другой стороны, внимание к здоровью из-за коронавируса кратно выросло. Мы рассчитываем, что клиенты будут очень тщательно подходить к выбору программ медицинского страхования и не сильно резать бюджет.
Если страховые компании не начнут уходить на неоправданно низкие уровни цен, демпингуя, то снижение в целом по рынку возможно, но не радикальное.
– Чем этот кризис отличается от кризисов 2008 г. и 2014 г.?
– Страховой рынок всегда более гладко реагирует на шоки в экономике: в кризис 2008 г. рынок начал падать только в начале 2009 г. и падение составило около 7%, а кризиса 2014 г. страховой рынок совсем не заметил, так как падение было резким, [но] с быстрым восстановлением. Однако падение ВВП так или иначе отражается на страховании, плюс на нас влияет и падение реальных доходов населения: например, люди будут меньше покупать машин, а значит, и меньше страховать. Поэтому падение сборов страхового рынка неизбежно.
Другой вопрос, на который пока у нас нет ответа, – возможное изменение потребительского поведения. Предыдущие кризисы были чисто экономические, но сегодня коронавирус меняет потребительское поведение во всем мире. Люди научились работать удаленно, привыкли покупать в онлайне то, что они раньше не покупали.
Если эти изменения мы сможем использовать и фундаментально трансформировать основы рынка страхования, то, я считаю, это будет очень здорово. Мы много говорим о том, что диджитализация индустрии – это важно, но часто наталкивались на барьеры психологического характера со стороны клиентов, так как они боятся покупать страховки онлайн. Первый прорыв был с продажами электронного ОСАГО (е-ОСАГО): условно, если в 2016 г. все ездили с бумажками, то сейчас уже половина людей абсолютно спокойно пользуется е-ОСАГО. Если мы это распространим на другие виды страхования автомобилей, имущества, то это будет очень позитивно и для клиентов, и для страховщиков.
– Что будет с ценами? На какие продукты они вырастут, а на какие останутся неизменными или, может, снизятся?
– Мы увидим большое разнообразие цен. В ОСАГО благодаря новым возможностям, которые нам дает закон об индивидуализации тарифов, будем стараться давать более низкие цены аккуратным клиентам. То же самое в медицинском страховании: где-то будем предлагать точечный продукт, более дешевый, а для тех, кто захочет страховку посложнее, цена будет выше.
При этом надо помнить, что ценообразование – это комбинация очень многих факторов. Например, в автостраховании, с одной стороны, есть инфляция, и от нее никуда не денешься, поэтому цены на запчасти растут, и это толкает страховой тариф вверх. С другой – машины оснащаются качественными системами безопасности, предупреждениями об авариях, и мы видим снижение частотности аварий. И это не какие-то локальные данные за месяц или квартал, это общемировая тенденция. А это очевидно позволяет давать более низкие цены.

Перейти к источнику

Тинькофф Бизнес [CPS] RU
Оставить комментарий
Дебетовая карта Home Credit [CPS] RU

 

Отправить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

«Защита нужна от сегодняшних рисков, а не тех, что были год или 10 лет назад»

На пост руководителя «Альфастрахования» Владимир Скворцов пришел с мыслью, что страховой рынок – непаханое поле для изменений. И не ошибся: вот уже 20 лет гендиректор «пашет поле», а у него все еще «есть этот драйв». Под его руководством «Альфастрахование» стало одним из лидеров страхового рынка и вступило на путь цифровой трансформации. Но цель топ-менеджера не вывести страховщика на первые строчки рейтингов по сборам, а «стать номером один в сердце клиента».
В интервью «Ведомостям» Скворцов рассуждает, кто победит в соревновании за клиента – цифровизация и возможность продать любую страховку онлайн или традиционный подход: чаепитие с агентом и разговор «о том о сем». И рассказывает, с какими компаниями хотелось бы конкурировать в будущем, как кризис повлияет на страховой рынок и как отражается на нем регулирование Банка России.
– Пользуются ли спросом у вас страховки от коронавируса? С этической точки зрения не считаете, что это слишком конъюнктурный продукт?
– Я считаю, что задача страховой компании – реагировать на события, которые происходят, а не страховать только то, что привычно: машину, квартиру, дачу. Людям нужна защита от сегодняшних рисков, а не от тех, которые были вчера, год или 10 лет назад. Поэтому реакция страхового сообщества и наша реакция была абсолютно оправданна и правильна.
Мы предложили страхование от коронавируса одними из первых на рынке – в самом начале карантина, запустив продукт буквально с колес, за 10 дней, – и в конце марта – начале апреля начали продавать. Статистики по новому вирусу на тот момент было мало, поэтому мы ориентировались на расчеты и прогнозы, которые делали и продолжают делать в большом количестве медицинские эксперты. Программа хорошо себя показала. На сегодняшний день по ней выплачено свыше 46 млн руб. более чем 1000 человек.
– А вторая волна сказывается, стали больше обращаться?
– Пик продаж был в апреле, затем люди стали спокойнее относиться к теме коронавируса, и после снятия карантинных мер спрос на такие программы практически полностью упал. Сегодня продажи снова растут, но не такими темпами, как в начале пандемии.
– Сколько человек купило у вас эти страховки? Правильно я понимаю, что ты можешь рассчитывать на выплату, если у тебя диагностировали коронавирусную инфекцию?
– Купили защиту порядка 80 000 человек, и свыше 1000 юридических лиц и предпринимателей оформили специальную программу для своих сотрудников. У нас есть несколько продуктов. Первая история для частных лиц – когда клиент получает выплату после установления диагноза при наличии положительного теста и заключения врача. Для нас не важны симптомы – важен диагноз. И такая страховка стоит от 2000 руб. Вторая история – корпоративная программа, когда компания может позаботиться о своем коллективе и защитить на случай заболевания вирусом. Здесь стоимость индивидуальна и зависит от многих факторов.
«Альфастрахование» застраховалось
Владимир Скворцов рассказал о том, как сама страховая компания живет и работает во время пандемии: «В пик заболеваемости в апреле у нас на удаленке работало примерно 85% сотрудников московского офиса. В регионах ситуация разная: в некоторых филиалах это были цифры, сопоставимые с московскими, а в некоторых практически никто удаленно не работал, поскольку режима карантина на территории не было. Сейчас в Москве чуть больше 30% сотрудников работают удаленно, и мы внимательно следим за развитием ситуации.
Также мы помогаем нашим корпоративным клиентам в организации тестирования сотрудников. Это более 700 компаний и тысячи и тысячи сотрудников. Многие организации – и мы в том числе – в пик заболеваемости проводили 100%-ное тестирование сотрудников, которые находятся в офисе, и вот таким клиентам мы помогали и помогаем сегодня это сделать с точки зрения обеспечения организации процесса.
– Исходя из чего рассчитывали цену этих продуктов?
– Мы взяли статистику по заболеваниям типа гриппа, также отталкивались от данных мировой статистики по пандемии (тогда у нас были первые данные по Азии и Европе). Плюс мы строили прогнозы развития эпидемии в России исходя из уровня заболеваемости в стране с наиболее агрессивной динамикой развития эпидемии (на тот момент – Италия). Конечно, это был риск, но мы осознанно на него пошли, так как знали, что такой продукт будет клиентам интересен. Если бы ситуация развивалась по более негативному сценарию, мы бы скорректировали цены, но в России все шло по достаточно оптимистичному сценарию, и наш расчет оправдался.
– ЦБ в ходе проверки обнаружил, что нередко правила страхования дают возможность отказать в выплате возмещения либо задержать эту выплату. Тема болезненная – она скажется на имидже страховых компаний? А на продажах может сказаться?
– Конечно, это неприятно ударило по имиджу рынка. Подобные вещи складываются с течением времени в большой ящик под названием «страховщики обманывают». Я не проверял условия всех страховщиков, но что касается нашей компании, то мы с самого начала убрали стандартные исключения вроде чрезвычайной ситуации, эпидемии, так как именно от этого и страховали. И, собственно, наши выплаты подтверждают, что программа работает.
Особенности коронакризиса
– Как в целом страховой рынок отреагировал на коронакризис? Что было у вас с продажами в период самоизоляции, снизились ли они и в каких видах страхования?
– В корпоративном страховании мы пока не видим сокращения продаж вообще. Например, с точки зрения медицинского страхования – внимание к здоровью усиливается, все наши крупные корпоративные клиенты не только не отказываются от программ ДМС, но и думают о расширении покрытия. Что касается розничного страхования, то реакция граждан была более острой, и мы видели пик продаж перед карантином, в том числе из-за роста курса доллара, когда люди активно покупали автомобили, недвижимость, опасаясь роста цен и обесценивания рубля. В первую же неделю самоизоляции было снижение продаж на 50–60%, но ожидаемое, людям было не до этого. Сегодня мы наблюдаем практически полное восстановление по ОСАГО и уже превысили объем прошлого года. Средняя премия по этому виду будет снижаться, но это обусловлено не кризисом, а в первую очередь конкуренцией.
– Каков ваш прогноз сокращения страхового рынка в 2020 г.?
– Падение сборов рынка вряд ли будет более чем на 5–7%. Что касается сегментов, которые пострадают сильнее всего, то их три: страхование пассажиров, туристическое (страхование выезжающих за рубеж) и «Зеленая карта» – все, что связано с ограничениями и выездом за границу. Падения премий в медицинском страховании, надеюсь, не будет. Да, сокращаются бюджеты у предприятий, и давление вниз будет и на цены, и на объем покрытия. Но, с другой стороны, внимание к здоровью из-за коронавируса кратно выросло. Мы рассчитываем, что клиенты будут очень тщательно подходить к выбору программ медицинского страхования и не сильно резать бюджет.
Если страховые компании не начнут уходить на неоправданно низкие уровни цен, демпингуя, то снижение в целом по рынку возможно, но не радикальное.
– Чем этот кризис отличается от кризисов 2008 г. и 2014 г.?
– Страховой рынок всегда более гладко реагирует на шоки в экономике: в кризис 2008 г. рынок начал падать только в начале 2009 г. и падение составило около 7%, а кризиса 2014 г. страховой рынок совсем не заметил, так как падение было резким, [но] с быстрым восстановлением. Однако падение ВВП так или иначе отражается на страховании, плюс на нас влияет и падение реальных доходов населения: например, люди будут меньше покупать машин, а значит, и меньше страховать. Поэтому падение сборов страхового рынка неизбежно.
Другой вопрос, на который пока у нас нет ответа, – возможное изменение потребительского поведения. Предыдущие кризисы были чисто экономические, но сегодня коронавирус меняет потребительское поведение во всем мире. Люди научились работать удаленно, привыкли покупать в онлайне то, что они раньше не покупали.
Если эти изменения мы сможем использовать и фундаментально трансформировать основы рынка страхования, то, я считаю, это будет очень здорово. Мы много говорим о том, что диджитализация индустрии – это важно, но часто наталкивались на барьеры психологического характера со стороны клиентов, так как они боятся покупать страховки онлайн. Первый прорыв был с продажами электронного ОСАГО (е-ОСАГО): условно, если в 2016 г. все ездили с бумажками, то сейчас уже половина людей абсолютно спокойно пользуется е-ОСАГО. Если мы это распространим на другие виды страхования автомобилей, имущества, то это будет очень позитивно и для клиентов, и для страховщиков.
– Что будет с ценами? На какие продукты они вырастут, а на какие останутся неизменными или, может, снизятся?
– Мы увидим большое разнообразие цен. В ОСАГО благодаря новым возможностям, которые нам дает закон об индивидуализации тарифов, будем стараться давать более низкие цены аккуратным клиентам. То же самое в медицинском страховании: где-то будем предлагать точечный продукт, более дешевый, а для тех, кто захочет страховку посложнее, цена будет выше.
При этом надо помнить, что ценообразование – это комбинация очень многих факторов. Например, в автостраховании, с одной стороны, есть инфляция, и от нее никуда не денешься, поэтому цены на запчасти растут, и это толкает страховой тариф вверх. С другой – машины оснащаются качественными системами безопасности, предупреждениями об авариях, и мы видим снижение частотности аварий. И это не какие-то локальные данные за месяц или квартал, это общемировая тенденция. А это очевидно позволяет давать более низкие цены.

Перейти к источнику

Тинькофф Бизнес [CPS] RU
Оставить комментарий
Дебетовая карта Home Credit [CPS] RU

 

Отправить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

«Защита нужна от сегодняшних рисков, а не тех, что были год или 10 лет назад»

На пост руководителя «Альфастрахования» Владимир Скворцов пришел с мыслью, что страховой рынок – непаханое поле для изменений. И не ошибся: вот уже 20 лет гендиректор «пашет поле», а у него все еще «есть этот драйв». Под его руководством «Альфастрахование» стало одним из лидеров страхового рынка и вступило на путь цифровой трансформации. Но цель топ-менеджера не вывести страховщика на первые строчки рейтингов по сборам, а «стать номером один в сердце клиента».
В интервью «Ведомостям» Скворцов рассуждает, кто победит в соревновании за клиента – цифровизация и возможность продать любую страховку онлайн или традиционный подход: чаепитие с агентом и разговор «о том о сем». И рассказывает, с какими компаниями хотелось бы конкурировать в будущем, как кризис повлияет на страховой рынок и как отражается на нем регулирование Банка России.
– Пользуются ли спросом у вас страховки от коронавируса? С этической точки зрения не считаете, что это слишком конъюнктурный продукт?
– Я считаю, что задача страховой компании – реагировать на события, которые происходят, а не страховать только то, что привычно: машину, квартиру, дачу. Людям нужна защита от сегодняшних рисков, а не от тех, которые были вчера, год или 10 лет назад. Поэтому реакция страхового сообщества и наша реакция была абсолютно оправданна и правильна.
Мы предложили страхование от коронавируса одними из первых на рынке – в самом начале карантина, запустив продукт буквально с колес, за 10 дней, – и в конце марта – начале апреля начали продавать. Статистики по новому вирусу на тот момент было мало, поэтому мы ориентировались на расчеты и прогнозы, которые делали и продолжают делать в большом количестве медицинские эксперты. Программа хорошо себя показала. На сегодняшний день по ней выплачено свыше 46 млн руб. более чем 1000 человек.
– А вторая волна сказывается, стали больше обращаться?
– Пик продаж был в апреле, затем люди стали спокойнее относиться к теме коронавируса, и после снятия карантинных мер спрос на такие программы практически полностью упал. Сегодня продажи снова растут, но не такими темпами, как в начале пандемии.
– Сколько человек купило у вас эти страховки? Правильно я понимаю, что ты можешь рассчитывать на выплату, если у тебя диагностировали коронавирусную инфекцию?
– Купили защиту порядка 80 000 человек, и свыше 1000 юридических лиц и предпринимателей оформили специальную программу для своих сотрудников. У нас есть несколько продуктов. Первая история для частных лиц – когда клиент получает выплату после установления диагноза при наличии положительного теста и заключения врача. Для нас не важны симптомы – важен диагноз. И такая страховка стоит от 2000 руб. Вторая история – корпоративная программа, когда компания может позаботиться о своем коллективе и защитить на случай заболевания вирусом. Здесь стоимость индивидуальна и зависит от многих факторов.
«Альфастрахование» застраховалось
Владимир Скворцов рассказал о том, как сама страховая компания живет и работает во время пандемии: «В пик заболеваемости в апреле у нас на удаленке работало примерно 85% сотрудников московского офиса. В регионах ситуация разная: в некоторых филиалах это были цифры, сопоставимые с московскими, а в некоторых практически никто удаленно не работал, поскольку режима карантина на территории не было. Сейчас в Москве чуть больше 30% сотрудников работают удаленно, и мы внимательно следим за развитием ситуации.
Также мы помогаем нашим корпоративным клиентам в организации тестирования сотрудников. Это более 700 компаний и тысячи и тысячи сотрудников. Многие организации – и мы в том числе – в пик заболеваемости проводили 100%-ное тестирование сотрудников, которые находятся в офисе, и вот таким клиентам мы помогали и помогаем сегодня это сделать с точки зрения обеспечения организации процесса.
– Исходя из чего рассчитывали цену этих продуктов?
– Мы взяли статистику по заболеваниям типа гриппа, также отталкивались от данных мировой статистики по пандемии (тогда у нас были первые данные по Азии и Европе). Плюс мы строили прогнозы развития эпидемии в России исходя из уровня заболеваемости в стране с наиболее агрессивной динамикой развития эпидемии (на тот момент – Италия). Конечно, это был риск, но мы осознанно на него пошли, так как знали, что такой продукт будет клиентам интересен. Если бы ситуация развивалась по более негативному сценарию, мы бы скорректировали цены, но в России все шло по достаточно оптимистичному сценарию, и наш расчет оправдался.
– ЦБ в ходе проверки обнаружил, что нередко правила страхования дают возможность отказать в выплате возмещения либо задержать эту выплату. Тема болезненная – она скажется на имидже страховых компаний? А на продажах может сказаться?
– Конечно, это неприятно ударило по имиджу рынка. Подобные вещи складываются с течением времени в большой ящик под названием «страховщики обманывают». Я не проверял условия всех страховщиков, но что касается нашей компании, то мы с самого начала убрали стандартные исключения вроде чрезвычайной ситуации, эпидемии, так как именно от этого и страховали. И, собственно, наши выплаты подтверждают, что программа работает.
Особенности коронакризиса
– Как в целом страховой рынок отреагировал на коронакризис? Что было у вас с продажами в период самоизоляции, снизились ли они и в каких видах страхования?
– В корпоративном страховании мы пока не видим сокращения продаж вообще. Например, с точки зрения медицинского страхования – внимание к здоровью усиливается, все наши крупные корпоративные клиенты не только не отказываются от программ ДМС, но и думают о расширении покрытия. Что касается розничного страхования, то реакция граждан была более острой, и мы видели пик продаж перед карантином, в том числе из-за роста курса доллара, когда люди активно покупали автомобили, недвижимость, опасаясь роста цен и обесценивания рубля. В первую же неделю самоизоляции было снижение продаж на 50–60%, но ожидаемое, людям было не до этого. Сегодня мы наблюдаем практически полное восстановление по ОСАГО и уже превысили объем прошлого года. Средняя премия по этому виду будет снижаться, но это обусловлено не кризисом, а в первую очередь конкуренцией.
– Каков ваш прогноз сокращения страхового рынка в 2020 г.?
– Падение сборов рынка вряд ли будет более чем на 5–7%. Что касается сегментов, которые пострадают сильнее всего, то их три: страхование пассажиров, туристическое (страхование выезжающих за рубеж) и «Зеленая карта» – все, что связано с ограничениями и выездом за границу. Падения премий в медицинском страховании, надеюсь, не будет. Да, сокращаются бюджеты у предприятий, и давление вниз будет и на цены, и на объем покрытия. Но, с другой стороны, внимание к здоровью из-за коронавируса кратно выросло. Мы рассчитываем, что клиенты будут очень тщательно подходить к выбору программ медицинского страхования и не сильно резать бюджет.
Если страховые компании не начнут уходить на неоправданно низкие уровни цен, демпингуя, то снижение в целом по рынку возможно, но не радикальное.
– Чем этот кризис отличается от кризисов 2008 г. и 2014 г.?
– Страховой рынок всегда более гладко реагирует на шоки в экономике: в кризис 2008 г. рынок начал падать только в начале 2009 г. и падение составило около 7%, а кризиса 2014 г. страховой рынок совсем не заметил, так как падение было резким, [но] с быстрым восстановлением. Однако падение ВВП так или иначе отражается на страховании, плюс на нас влияет и падение реальных доходов населения: например, люди будут меньше покупать машин, а значит, и меньше страховать. Поэтому падение сборов страхового рынка неизбежно.
Другой вопрос, на который пока у нас нет ответа, – возможное изменение потребительского поведения. Предыдущие кризисы были чисто экономические, но сегодня коронавирус меняет потребительское поведение во всем мире. Люди научились работать удаленно, привыкли покупать в онлайне то, что они раньше не покупали.
Если эти изменения мы сможем использовать и фундаментально трансформировать основы рынка страхования, то, я считаю, это будет очень здорово. Мы много говорим о том, что диджитализация индустрии – это важно, но часто наталкивались на барьеры психологического характера со стороны клиентов, так как они боятся покупать страховки онлайн. Первый прорыв был с продажами электронного ОСАГО (е-ОСАГО): условно, если в 2016 г. все ездили с бумажками, то сейчас уже половина людей абсолютно спокойно пользуется е-ОСАГО. Если мы это распространим на другие виды страхования автомобилей, имущества, то это будет очень позитивно и для клиентов, и для страховщиков.
– Что будет с ценами? На какие продукты они вырастут, а на какие останутся неизменными или, может, снизятся?
– Мы увидим большое разнообразие цен. В ОСАГО благодаря новым возможностям, которые нам дает закон об индивидуализации тарифов, будем стараться давать более низкие цены аккуратным клиентам. То же самое в медицинском страховании: где-то будем предлагать точечный продукт, более дешевый, а для тех, кто захочет страховку посложнее, цена будет выше.
При этом надо помнить, что ценообразование – это комбинация очень многих факторов. Например, в автостраховании, с одной стороны, есть инфляция, и от нее никуда не денешься, поэтому цены на запчасти растут, и это толкает страховой тариф вверх. С другой – машины оснащаются качественными системами безопасности, предупреждениями об авариях, и мы видим снижение частотности аварий. И это не какие-то локальные данные за месяц или квартал, это общемировая тенденция. А это очевидно позволяет давать более низкие цены.

Перейти к источнику

Тинькофф Бизнес [CPS] RU
Оставить комментарий
Дебетовая карта Home Credit [CPS] RU

 

Отправить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

«Защита нужна от сегодняшних рисков, а не тех, что были год или 10 лет назад»

На пост руководителя «Альфастрахования» Владимир Скворцов пришел с мыслью, что страховой рынок – непаханое поле для изменений. И не ошибся: вот уже 20 лет гендиректор «пашет поле», а у него все еще «есть этот драйв». Под его руководством «Альфастрахование» стало одним из лидеров страхового рынка и вступило на путь цифровой трансформации. Но цель топ-менеджера не вывести страховщика на первые строчки рейтингов по сборам, а «стать номером один в сердце клиента».
В интервью «Ведомостям» Скворцов рассуждает, кто победит в соревновании за клиента – цифровизация и возможность продать любую страховку онлайн или традиционный подход: чаепитие с агентом и разговор «о том о сем». И рассказывает, с какими компаниями хотелось бы конкурировать в будущем, как кризис повлияет на страховой рынок и как отражается на нем регулирование Банка России.
– Пользуются ли спросом у вас страховки от коронавируса? С этической точки зрения не считаете, что это слишком конъюнктурный продукт?
– Я считаю, что задача страховой компании – реагировать на события, которые происходят, а не страховать только то, что привычно: машину, квартиру, дачу. Людям нужна защита от сегодняшних рисков, а не от тех, которые были вчера, год или 10 лет назад. Поэтому реакция страхового сообщества и наша реакция была абсолютно оправданна и правильна.
Мы предложили страхование от коронавируса одними из первых на рынке – в самом начале карантина, запустив продукт буквально с колес, за 10 дней, – и в конце марта – начале апреля начали продавать. Статистики по новому вирусу на тот момент было мало, поэтому мы ориентировались на расчеты и прогнозы, которые делали и продолжают делать в большом количестве медицинские эксперты. Программа хорошо себя показала. На сегодняшний день по ней выплачено свыше 46 млн руб. более чем 1000 человек.
– А вторая волна сказывается, стали больше обращаться?
– Пик продаж был в апреле, затем люди стали спокойнее относиться к теме коронавируса, и после снятия карантинных мер спрос на такие программы практически полностью упал. Сегодня продажи снова растут, но не такими темпами, как в начале пандемии.
– Сколько человек купило у вас эти страховки? Правильно я понимаю, что ты можешь рассчитывать на выплату, если у тебя диагностировали коронавирусную инфекцию?
– Купили защиту порядка 80 000 человек, и свыше 1000 юридических лиц и предпринимателей оформили специальную программу для своих сотрудников. У нас есть несколько продуктов. Первая история для частных лиц – когда клиент получает выплату после установления диагноза при наличии положительного теста и заключения врача. Для нас не важны симптомы – важен диагноз. И такая страховка стоит от 2000 руб. Вторая история – корпоративная программа, когда компания может позаботиться о своем коллективе и защитить на случай заболевания вирусом. Здесь стоимость индивидуальна и зависит от многих факторов.
«Альфастрахование» застраховалось
Владимир Скворцов рассказал о том, как сама страховая компания живет и работает во время пандемии: «В пик заболеваемости в апреле у нас на удаленке работало примерно 85% сотрудников московского офиса. В регионах ситуация разная: в некоторых филиалах это были цифры, сопоставимые с московскими, а в некоторых практически никто удаленно не работал, поскольку режима карантина на территории не было. Сейчас в Москве чуть больше 30% сотрудников работают удаленно, и мы внимательно следим за развитием ситуации.
Также мы помогаем нашим корпоративным клиентам в организации тестирования сотрудников. Это более 700 компаний и тысячи и тысячи сотрудников. Многие организации – и мы в том числе – в пик заболеваемости проводили 100%-ное тестирование сотрудников, которые находятся в офисе, и вот таким клиентам мы помогали и помогаем сегодня это сделать с точки зрения обеспечения организации процесса.
– Исходя из чего рассчитывали цену этих продуктов?
– Мы взяли статистику по заболеваниям типа гриппа, также отталкивались от данных мировой статистики по пандемии (тогда у нас были первые данные по Азии и Европе). Плюс мы строили прогнозы развития эпидемии в России исходя из уровня заболеваемости в стране с наиболее агрессивной динамикой развития эпидемии (на тот момент – Италия). Конечно, это был риск, но мы осознанно на него пошли, так как знали, что такой продукт будет клиентам интересен. Если бы ситуация развивалась по более негативному сценарию, мы бы скорректировали цены, но в России все шло по достаточно оптимистичному сценарию, и наш расчет оправдался.
– ЦБ в ходе проверки обнаружил, что нередко правила страхования дают возможность отказать в выплате возмещения либо задержать эту выплату. Тема болезненная – она скажется на имидже страховых компаний? А на продажах может сказаться?
– Конечно, это неприятно ударило по имиджу рынка. Подобные вещи складываются с течением времени в большой ящик под названием «страховщики обманывают». Я не проверял условия всех страховщиков, но что касается нашей компании, то мы с самого начала убрали стандартные исключения вроде чрезвычайной ситуации, эпидемии, так как именно от этого и страховали. И, собственно, наши выплаты подтверждают, что программа работает.
Особенности коронакризиса
– Как в целом страховой рынок отреагировал на коронакризис? Что было у вас с продажами в период самоизоляции, снизились ли они и в каких видах страхования?
– В корпоративном страховании мы пока не видим сокращения продаж вообще. Например, с точки зрения медицинского страхования – внимание к здоровью усиливается, все наши крупные корпоративные клиенты не только не отказываются от программ ДМС, но и думают о расширении покрытия. Что касается розничного страхования, то реакция граждан была более острой, и мы видели пик продаж перед карантином, в том числе из-за роста курса доллара, когда люди активно покупали автомобили, недвижимость, опасаясь роста цен и обесценивания рубля. В первую же неделю самоизоляции было снижение продаж на 50–60%, но ожидаемое, людям было не до этого. Сегодня мы наблюдаем практически полное восстановление по ОСАГО и уже превысили объем прошлого года. Средняя премия по этому виду будет снижаться, но это обусловлено не кризисом, а в первую очередь конкуренцией.
– Каков ваш прогноз сокращения страхового рынка в 2020 г.?
– Падение сборов рынка вряд ли будет более чем на 5–7%. Что касается сегментов, которые пострадают сильнее всего, то их три: страхование пассажиров, туристическое (страхование выезжающих за рубеж) и «Зеленая карта» – все, что связано с ограничениями и выездом за границу. Падения премий в медицинском страховании, надеюсь, не будет. Да, сокращаются бюджеты у предприятий, и давление вниз будет и на цены, и на объем покрытия. Но, с другой стороны, внимание к здоровью из-за коронавируса кратно выросло. Мы рассчитываем, что клиенты будут очень тщательно подходить к выбору программ медицинского страхования и не сильно резать бюджет.
Если страховые компании не начнут уходить на неоправданно низкие уровни цен, демпингуя, то снижение в целом по рынку возможно, но не радикальное.
– Чем этот кризис отличается от кризисов 2008 г. и 2014 г.?
– Страховой рынок всегда более гладко реагирует на шоки в экономике: в кризис 2008 г. рынок начал падать только в начале 2009 г. и падение составило около 7%, а кризиса 2014 г. страховой рынок совсем не заметил, так как падение было резким, [но] с быстрым восстановлением. Однако падение ВВП так или иначе отражается на страховании, плюс на нас влияет и падение реальных доходов населения: например, люди будут меньше покупать машин, а значит, и меньше страховать. Поэтому падение сборов страхового рынка неизбежно.
Другой вопрос, на который пока у нас нет ответа, – возможное изменение потребительского поведения. Предыдущие кризисы были чисто экономические, но сегодня коронавирус меняет потребительское поведение во всем мире. Люди научились работать удаленно, привыкли покупать в онлайне то, что они раньше не покупали.
Если эти изменения мы сможем использовать и фундаментально трансформировать основы рынка страхования, то, я считаю, это будет очень здорово. Мы много говорим о том, что диджитализация индустрии – это важно, но часто наталкивались на барьеры психологического характера со стороны клиентов, так как они боятся покупать страховки онлайн. Первый прорыв был с продажами электронного ОСАГО (е-ОСАГО): условно, если в 2016 г. все ездили с бумажками, то сейчас уже половина людей абсолютно спокойно пользуется е-ОСАГО. Если мы это распространим на другие виды страхования автомобилей, имущества, то это будет очень позитивно и для клиентов, и для страховщиков.
– Что будет с ценами? На какие продукты они вырастут, а на какие останутся неизменными или, может, снизятся?
– Мы увидим большое разнообразие цен. В ОСАГО благодаря новым возможностям, которые нам дает закон об индивидуализации тарифов, будем стараться давать более низкие цены аккуратным клиентам. То же самое в медицинском страховании: где-то будем предлагать точечный продукт, более дешевый, а для тех, кто захочет страховку посложнее, цена будет выше.
При этом надо помнить, что ценообразование – это комбинация очень многих факторов. Например, в автостраховании, с одной стороны, есть инфляция, и от нее никуда не денешься, поэтому цены на запчасти растут, и это толкает страховой тариф вверх. С другой – машины оснащаются качественными системами безопасности, предупреждениями об авариях, и мы видим снижение частотности аварий. И это не какие-то локальные данные за месяц или квартал, это общемировая тенденция. А это очевидно позволяет давать более низкие цены.

Перейти к источнику

Тинькофф Бизнес [CPS] RU
Оставить комментарий
Дебетовая карта Home Credit [CPS] RU

 

Отправить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

«Защита нужна от сегодняшних рисков, а не тех, что были год или 10 лет назад»

На пост руководителя «Альфастрахования» Владимир Скворцов пришел с мыслью, что страховой рынок – непаханое поле для изменений. И не ошибся: вот уже 20 лет гендиректор «пашет поле», а у него все еще «есть этот драйв». Под его руководством «Альфастрахование» стало одним из лидеров страхового рынка и вступило на путь цифровой трансформации. Но цель топ-менеджера не вывести страховщика на первые строчки рейтингов по сборам, а «стать номером один в сердце клиента».
В интервью «Ведомостям» Скворцов рассуждает, кто победит в соревновании за клиента – цифровизация и возможность продать любую страховку онлайн или традиционный подход: чаепитие с агентом и разговор «о том о сем». И рассказывает, с какими компаниями хотелось бы конкурировать в будущем, как кризис повлияет на страховой рынок и как отражается на нем регулирование Банка России.
– Пользуются ли спросом у вас страховки от коронавируса? С этической точки зрения не считаете, что это слишком конъюнктурный продукт?
– Я считаю, что задача страховой компании – реагировать на события, которые происходят, а не страховать только то, что привычно: машину, квартиру, дачу. Людям нужна защита от сегодняшних рисков, а не от тех, которые были вчера, год или 10 лет назад. Поэтому реакция страхового сообщества и наша реакция была абсолютно оправданна и правильна.
Мы предложили страхование от коронавируса одними из первых на рынке – в самом начале карантина, запустив продукт буквально с колес, за 10 дней, – и в конце марта – начале апреля начали продавать. Статистики по новому вирусу на тот момент было мало, поэтому мы ориентировались на расчеты и прогнозы, которые делали и продолжают делать в большом количестве медицинские эксперты. Программа хорошо себя показала. На сегодняшний день по ней выплачено свыше 46 млн руб. более чем 1000 человек.
– А вторая волна сказывается, стали больше обращаться?
– Пик продаж был в апреле, затем люди стали спокойнее относиться к теме коронавируса, и после снятия карантинных мер спрос на такие программы практически полностью упал. Сегодня продажи снова растут, но не такими темпами, как в начале пандемии.
– Сколько человек купило у вас эти страховки? Правильно я понимаю, что ты можешь рассчитывать на выплату, если у тебя диагностировали коронавирусную инфекцию?
– Купили защиту порядка 80 000 человек, и свыше 1000 юридических лиц и предпринимателей оформили специальную программу для своих сотрудников. У нас есть несколько продуктов. Первая история для частных лиц – когда клиент получает выплату после установления диагноза при наличии положительного теста и заключения врача. Для нас не важны симптомы – важен диагноз. И такая страховка стоит от 2000 руб. Вторая история – корпоративная программа, когда компания может позаботиться о своем коллективе и защитить на случай заболевания вирусом. Здесь стоимость индивидуальна и зависит от многих факторов.
«Альфастрахование» застраховалось
Владимир Скворцов рассказал о том, как сама страховая компания живет и работает во время пандемии: «В пик заболеваемости в апреле у нас на удаленке работало примерно 85% сотрудников московского офиса. В регионах ситуация разная: в некоторых филиалах это были цифры, сопоставимые с московскими, а в некоторых практически никто удаленно не работал, поскольку режима карантина на территории не было. Сейчас в Москве чуть больше 30% сотрудников работают удаленно, и мы внимательно следим за развитием ситуации.
Также мы помогаем нашим корпоративным клиентам в организации тестирования сотрудников. Это более 700 компаний и тысячи и тысячи сотрудников. Многие организации – и мы в том числе – в пик заболеваемости проводили 100%-ное тестирование сотрудников, которые находятся в офисе, и вот таким клиентам мы помогали и помогаем сегодня это сделать с точки зрения обеспечения организации процесса.
– Исходя из чего рассчитывали цену этих продуктов?
– Мы взяли статистику по заболеваниям типа гриппа, также отталкивались от данных мировой статистики по пандемии (тогда у нас были первые данные по Азии и Европе). Плюс мы строили прогнозы развития эпидемии в России исходя из уровня заболеваемости в стране с наиболее агрессивной динамикой развития эпидемии (на тот момент – Италия). Конечно, это был риск, но мы осознанно на него пошли, так как знали, что такой продукт будет клиентам интересен. Если бы ситуация развивалась по более негативному сценарию, мы бы скорректировали цены, но в России все шло по достаточно оптимистичному сценарию, и наш расчет оправдался.
– ЦБ в ходе проверки обнаружил, что нередко правила страхования дают возможность отказать в выплате возмещения либо задержать эту выплату. Тема болезненная – она скажется на имидже страховых компаний? А на продажах может сказаться?
– Конечно, это неприятно ударило по имиджу рынка. Подобные вещи складываются с течением времени в большой ящик под названием «страховщики обманывают». Я не проверял условия всех страховщиков, но что касается нашей компании, то мы с самого начала убрали стандартные исключения вроде чрезвычайной ситуации, эпидемии, так как именно от этого и страховали. И, собственно, наши выплаты подтверждают, что программа работает.
Особенности коронакризиса
– Как в целом страховой рынок отреагировал на коронакризис? Что было у вас с продажами в период самоизоляции, снизились ли они и в каких видах страхования?
– В корпоративном страховании мы пока не видим сокращения продаж вообще. Например, с точки зрения медицинского страхования – внимание к здоровью усиливается, все наши крупные корпоративные клиенты не только не отказываются от программ ДМС, но и думают о расширении покрытия. Что касается розничного страхования, то реакция граждан была более острой, и мы видели пик продаж перед карантином, в том числе из-за роста курса доллара, когда люди активно покупали автомобили, недвижимость, опасаясь роста цен и обесценивания рубля. В первую же неделю самоизоляции было снижение продаж на 50–60%, но ожидаемое, людям было не до этого. Сегодня мы наблюдаем практически полное восстановление по ОСАГО и уже превысили объем прошлого года. Средняя премия по этому виду будет снижаться, но это обусловлено не кризисом, а в первую очередь конкуренцией.
– Каков ваш прогноз сокращения страхового рынка в 2020 г.?
– Падение сборов рынка вряд ли будет более чем на 5–7%. Что касается сегментов, которые пострадают сильнее всего, то их три: страхование пассажиров, туристическое (страхование выезжающих за рубеж) и «Зеленая карта» – все, что связано с ограничениями и выездом за границу. Падения премий в медицинском страховании, надеюсь, не будет. Да, сокращаются бюджеты у предприятий, и давление вниз будет и на цены, и на объем покрытия. Но, с другой стороны, внимание к здоровью из-за коронавируса кратно выросло. Мы рассчитываем, что клиенты будут очень тщательно подходить к выбору программ медицинского страхования и не сильно резать бюджет.
Если страховые компании не начнут уходить на неоправданно низкие уровни цен, демпингуя, то снижение в целом по рынку возможно, но не радикальное.
– Чем этот кризис отличается от кризисов 2008 г. и 2014 г.?
– Страховой рынок всегда более гладко реагирует на шоки в экономике: в кризис 2008 г. рынок начал падать только в начале 2009 г. и падение составило около 7%, а кризиса 2014 г. страховой рынок совсем не заметил, так как падение было резким, [но] с быстрым восстановлением. Однако падение ВВП так или иначе отражается на страховании, плюс на нас влияет и падение реальных доходов населения: например, люди будут меньше покупать машин, а значит, и меньше страховать. Поэтому падение сборов страхового рынка неизбежно.
Другой вопрос, на который пока у нас нет ответа, – возможное изменение потребительского поведения. Предыдущие кризисы были чисто экономические, но сегодня коронавирус меняет потребительское поведение во всем мире. Люди научились работать удаленно, привыкли покупать в онлайне то, что они раньше не покупали.
Если эти изменения мы сможем использовать и фундаментально трансформировать основы рынка страхования, то, я считаю, это будет очень здорово. Мы много говорим о том, что диджитализация индустрии – это важно, но часто наталкивались на барьеры психологического характера со стороны клиентов, так как они боятся покупать страховки онлайн. Первый прорыв был с продажами электронного ОСАГО (е-ОСАГО): условно, если в 2016 г. все ездили с бумажками, то сейчас уже половина людей абсолютно спокойно пользуется е-ОСАГО. Если мы это распространим на другие виды страхования автомобилей, имущества, то это будет очень позитивно и для клиентов, и для страховщиков.
– Что будет с ценами? На какие продукты они вырастут, а на какие останутся неизменными или, может, снизятся?
– Мы увидим большое разнообразие цен. В ОСАГО благодаря новым возможностям, которые нам дает закон об индивидуализации тарифов, будем стараться давать более низкие цены аккуратным клиентам. То же самое в медицинском страховании: где-то будем предлагать точечный продукт, более дешевый, а для тех, кто захочет страховку посложнее, цена будет выше.
При этом надо помнить, что ценообразование – это комбинация очень многих факторов. Например, в автостраховании, с одной стороны, есть инфляция, и от нее никуда не денешься, поэтому цены на запчасти растут, и это толкает страховой тариф вверх. С другой – машины оснащаются качественными системами безопасности, предупреждениями об авариях, и мы видим снижение частотности аварий. И это не какие-то локальные данные за месяц или квартал, это общемировая тенденция. А это очевидно позволяет давать более низкие цены.

Перейти к источнику

Тинькофф Бизнес [CPS] RU
Оставить комментарий
Дебетовая карта Home Credit [CPS] RU

 

Отправить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

«Защита нужна от сегодняшних рисков, а не тех, что были год или 10 лет назад»

На пост руководителя «Альфастрахования» Владимир Скворцов пришел с мыслью, что страховой рынок – непаханое поле для изменений. И не ошибся: вот уже 20 лет гендиректор «пашет поле», а у него все еще «есть этот драйв». Под его руководством «Альфастрахование» стало одним из лидеров страхового рынка и вступило на путь цифровой трансформации. Но цель топ-менеджера не вывести страховщика на первые строчки рейтингов по сборам, а «стать номером один в сердце клиента».
В интервью «Ведомостям» Скворцов рассуждает, кто победит в соревновании за клиента – цифровизация и возможность продать любую страховку онлайн или традиционный подход: чаепитие с агентом и разговор «о том о сем». И рассказывает, с какими компаниями хотелось бы конкурировать в будущем, как кризис повлияет на страховой рынок и как отражается на нем регулирование Банка России.
– Пользуются ли спросом у вас страховки от коронавируса? С этической точки зрения не считаете, что это слишком конъюнктурный продукт?
– Я считаю, что задача страховой компании – реагировать на события, которые происходят, а не страховать только то, что привычно: машину, квартиру, дачу. Людям нужна защита от сегодняшних рисков, а не от тех, которые были вчера, год или 10 лет назад. Поэтому реакция страхового сообщества и наша реакция была абсолютно оправданна и правильна.
Мы предложили страхование от коронавируса одними из первых на рынке – в самом начале карантина, запустив продукт буквально с колес, за 10 дней, – и в конце марта – начале апреля начали продавать. Статистики по новому вирусу на тот момент было мало, поэтому мы ориентировались на расчеты и прогнозы, которые делали и продолжают делать в большом количестве медицинские эксперты. Программа хорошо себя показала. На сегодняшний день по ней выплачено свыше 46 млн руб. более чем 1000 человек.
– А вторая волна сказывается, стали больше обращаться?
– Пик продаж был в апреле, затем люди стали спокойнее относиться к теме коронавируса, и после снятия карантинных мер спрос на такие программы практически полностью упал. Сегодня продажи снова растут, но не такими темпами, как в начале пандемии.
– Сколько человек купило у вас эти страховки? Правильно я понимаю, что ты можешь рассчитывать на выплату, если у тебя диагностировали коронавирусную инфекцию?
– Купили защиту порядка 80 000 человек, и свыше 1000 юридических лиц и предпринимателей оформили специальную программу для своих сотрудников. У нас есть несколько продуктов. Первая история для частных лиц – когда клиент получает выплату после установления диагноза при наличии положительного теста и заключения врача. Для нас не важны симптомы – важен диагноз. И такая страховка стоит от 2000 руб. Вторая история – корпоративная программа, когда компания может позаботиться о своем коллективе и защитить на случай заболевания вирусом. Здесь стоимость индивидуальна и зависит от многих факторов.
«Альфастрахование» застраховалось
Владимир Скворцов рассказал о том, как сама страховая компания живет и работает во время пандемии: «В пик заболеваемости в апреле у нас на удаленке работало примерно 85% сотрудников московского офиса. В регионах ситуация разная: в некоторых филиалах это были цифры, сопоставимые с московскими, а в некоторых практически никто удаленно не работал, поскольку режима карантина на территории не было. Сейчас в Москве чуть больше 30% сотрудников работают удаленно, и мы внимательно следим за развитием ситуации.
Также мы помогаем нашим корпоративным клиентам в организации тестирования сотрудников. Это более 700 компаний и тысячи и тысячи сотрудников. Многие организации – и мы в том числе – в пик заболеваемости проводили 100%-ное тестирование сотрудников, которые находятся в офисе, и вот таким клиентам мы помогали и помогаем сегодня это сделать с точки зрения обеспечения организации процесса.
– Исходя из чего рассчитывали цену этих продуктов?
– Мы взяли статистику по заболеваниям типа гриппа, также отталкивались от данных мировой статистики по пандемии (тогда у нас были первые данные по Азии и Европе). Плюс мы строили прогнозы развития эпидемии в России исходя из уровня заболеваемости в стране с наиболее агрессивной динамикой развития эпидемии (на тот момент – Италия). Конечно, это был риск, но мы осознанно на него пошли, так как знали, что такой продукт будет клиентам интересен. Если бы ситуация развивалась по более негативному сценарию, мы бы скорректировали цены, но в России все шло по достаточно оптимистичному сценарию, и наш расчет оправдался.
– ЦБ в ходе проверки обнаружил, что нередко правила страхования дают возможность отказать в выплате возмещения либо задержать эту выплату. Тема болезненная – она скажется на имидже страховых компаний? А на продажах может сказаться?
– Конечно, это неприятно ударило по имиджу рынка. Подобные вещи складываются с течением времени в большой ящик под названием «страховщики обманывают». Я не проверял условия всех страховщиков, но что касается нашей компании, то мы с самого начала убрали стандартные исключения вроде чрезвычайной ситуации, эпидемии, так как именно от этого и страховали. И, собственно, наши выплаты подтверждают, что программа работает.
Особенности коронакризиса
– Как в целом страховой рынок отреагировал на коронакризис? Что было у вас с продажами в период самоизоляции, снизились ли они и в каких видах страхования?
– В корпоративном страховании мы пока не видим сокращения продаж вообще. Например, с точки зрения медицинского страхования – внимание к здоровью усиливается, все наши крупные корпоративные клиенты не только не отказываются от программ ДМС, но и думают о расширении покрытия. Что касается розничного страхования, то реакция граждан была более острой, и мы видели пик продаж перед карантином, в том числе из-за роста курса доллара, когда люди активно покупали автомобили, недвижимость, опасаясь роста цен и обесценивания рубля. В первую же неделю самоизоляции было снижение продаж на 50–60%, но ожидаемое, людям было не до этого. Сегодня мы наблюдаем практически полное восстановление по ОСАГО и уже превысили объем прошлого года. Средняя премия по этому виду будет снижаться, но это обусловлено не кризисом, а в первую очередь конкуренцией.
– Каков ваш прогноз сокращения страхового рынка в 2020 г.?
– Падение сборов рынка вряд ли будет более чем на 5–7%. Что касается сегментов, которые пострадают сильнее всего, то их три: страхование пассажиров, туристическое (страхование выезжающих за рубеж) и «Зеленая карта» – все, что связано с ограничениями и выездом за границу. Падения премий в медицинском страховании, надеюсь, не будет. Да, сокращаются бюджеты у предприятий, и давление вниз будет и на цены, и на объем покрытия. Но, с другой стороны, внимание к здоровью из-за коронавируса кратно выросло. Мы рассчитываем, что клиенты будут очень тщательно подходить к выбору программ медицинского страхования и не сильно резать бюджет.
Если страховые компании не начнут уходить на неоправданно низкие уровни цен, демпингуя, то снижение в целом по рынку возможно, но не радикальное.
– Чем этот кризис отличается от кризисов 2008 г. и 2014 г.?
– Страховой рынок всегда более гладко реагирует на шоки в экономике: в кризис 2008 г. рынок начал падать только в начале 2009 г. и падение составило около 7%, а кризиса 2014 г. страховой рынок совсем не заметил, так как падение было резким, [но] с быстрым восстановлением. Однако падение ВВП так или иначе отражается на страховании, плюс на нас влияет и падение реальных доходов населения: например, люди будут меньше покупать машин, а значит, и меньше страховать. Поэтому падение сборов страхового рынка неизбежно.
Другой вопрос, на который пока у нас нет ответа, – возможное изменение потребительского поведения. Предыдущие кризисы были чисто экономические, но сегодня коронавирус меняет потребительское поведение во всем мире. Люди научились работать удаленно, привыкли покупать в онлайне то, что они раньше не покупали.
Если эти изменения мы сможем использовать и фундаментально трансформировать основы рынка страхования, то, я считаю, это будет очень здорово. Мы много говорим о том, что диджитализация индустрии – это важно, но часто наталкивались на барьеры психологического характера со стороны клиентов, так как они боятся покупать страховки онлайн. Первый прорыв был с продажами электронного ОСАГО (е-ОСАГО): условно, если в 2016 г. все ездили с бумажками, то сейчас уже половина людей абсолютно спокойно пользуется е-ОСАГО. Если мы это распространим на другие виды страхования автомобилей, имущества, то это будет очень позитивно и для клиентов, и для страховщиков.
– Что будет с ценами? На какие продукты они вырастут, а на какие останутся неизменными или, может, снизятся?
– Мы увидим большое разнообразие цен. В ОСАГО благодаря новым возможностям, которые нам дает закон об индивидуализации тарифов, будем стараться давать более низкие цены аккуратным клиентам. То же самое в медицинском страховании: где-то будем предлагать точечный продукт, более дешевый, а для тех, кто захочет страховку посложнее, цена будет выше.
При этом надо помнить, что ценообразование – это комбинация очень многих факторов. Например, в автостраховании, с одной стороны, есть инфляция, и от нее никуда не денешься, поэтому цены на запчасти растут, и это толкает страховой тариф вверх. С другой – машины оснащаются качественными системами безопасности, предупреждениями об авариях, и мы видим снижение частотности аварий. И это не какие-то локальные данные за месяц или квартал, это общемировая тенденция. А это очевидно позволяет давать более низкие цены.

Перейти к источнику

Тинькофф Бизнес [CPS] RU
Оставить комментарий
Дебетовая карта Home Credit [CPS] RU

 

Отправить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

«Защита нужна от сегодняшних рисков, а не тех, что были год или 10 лет назад»

На пост руководителя «Альфастрахования» Владимир Скворцов пришел с мыслью, что страховой рынок – непаханое поле для изменений. И не ошибся: вот уже 20 лет гендиректор «пашет поле», а у него все еще «есть этот драйв». Под его руководством «Альфастрахование» стало одним из лидеров страхового рынка и вступило на путь цифровой трансформации. Но цель топ-менеджера не вывести страховщика на первые строчки рейтингов по сборам, а «стать номером один в сердце клиента».
В интервью «Ведомостям» Скворцов рассуждает, кто победит в соревновании за клиента – цифровизация и возможность продать любую страховку онлайн или традиционный подход: чаепитие с агентом и разговор «о том о сем». И рассказывает, с какими компаниями хотелось бы конкурировать в будущем, как кризис повлияет на страховой рынок и как отражается на нем регулирование Банка России.
– Пользуются ли спросом у вас страховки от коронавируса? С этической точки зрения не считаете, что это слишком конъюнктурный продукт?
– Я считаю, что задача страховой компании – реагировать на события, которые происходят, а не страховать только то, что привычно: машину, квартиру, дачу. Людям нужна защита от сегодняшних рисков, а не от тех, которые были вчера, год или 10 лет назад. Поэтому реакция страхового сообщества и наша реакция была абсолютно оправданна и правильна.
Мы предложили страхование от коронавируса одними из первых на рынке – в самом начале карантина, запустив продукт буквально с колес, за 10 дней, – и в конце марта – начале апреля начали продавать. Статистики по новому вирусу на тот момент было мало, поэтому мы ориентировались на расчеты и прогнозы, которые делали и продолжают делать в большом количестве медицинские эксперты. Программа хорошо себя показала. На сегодняшний день по ней выплачено свыше 46 млн руб. более чем 1000 человек.
– А вторая волна сказывается, стали больше обращаться?
– Пик продаж был в апреле, затем люди стали спокойнее относиться к теме коронавируса, и после снятия карантинных мер спрос на такие программы практически полностью упал. Сегодня продажи снова растут, но не такими темпами, как в начале пандемии.
– Сколько человек купило у вас эти страховки? Правильно я понимаю, что ты можешь рассчитывать на выплату, если у тебя диагностировали коронавирусную инфекцию?
– Купили защиту порядка 80 000 человек, и свыше 1000 юридических лиц и предпринимателей оформили специальную программу для своих сотрудников. У нас есть несколько продуктов. Первая история для частных лиц – когда клиент получает выплату после установления диагноза при наличии положительного теста и заключения врача. Для нас не важны симптомы – важен диагноз. И такая страховка стоит от 2000 руб. Вторая история – корпоративная программа, когда компания может позаботиться о своем коллективе и защитить на случай заболевания вирусом. Здесь стоимость индивидуальна и зависит от многих факторов.
«Альфастрахование» застраховалось
Владимир Скворцов рассказал о том, как сама страховая компания живет и работает во время пандемии: «В пик заболеваемости в апреле у нас на удаленке работало примерно 85% сотрудников московского офиса. В регионах ситуация разная: в некоторых филиалах это были цифры, сопоставимые с московскими, а в некоторых практически никто удаленно не работал, поскольку режима карантина на территории не было. Сейчас в Москве чуть больше 30% сотрудников работают удаленно, и мы внимательно следим за развитием ситуации.
Также мы помогаем нашим корпоративным клиентам в организации тестирования сотрудников. Это более 700 компаний и тысячи и тысячи сотрудников. Многие организации – и мы в том числе – в пик заболеваемости проводили 100%-ное тестирование сотрудников, которые находятся в офисе, и вот таким клиентам мы помогали и помогаем сегодня это сделать с точки зрения обеспечения организации процесса.
– Исходя из чего рассчитывали цену этих продуктов?
– Мы взяли статистику по заболеваниям типа гриппа, также отталкивались от данных мировой статистики по пандемии (тогда у нас были первые данные по Азии и Европе). Плюс мы строили прогнозы развития эпидемии в России исходя из уровня заболеваемости в стране с наиболее агрессивной динамикой развития эпидемии (на тот момент – Италия). Конечно, это был риск, но мы осознанно на него пошли, так как знали, что такой продукт будет клиентам интересен. Если бы ситуация развивалась по более негативному сценарию, мы бы скорректировали цены, но в России все шло по достаточно оптимистичному сценарию, и наш расчет оправдался.
– ЦБ в ходе проверки обнаружил, что нередко правила страхования дают возможность отказать в выплате возмещения либо задержать эту выплату. Тема болезненная – она скажется на имидже страховых компаний? А на продажах может сказаться?
– Конечно, это неприятно ударило по имиджу рынка. Подобные вещи складываются с течением времени в большой ящик под названием «страховщики обманывают». Я не проверял условия всех страховщиков, но что касается нашей компании, то мы с самого начала убрали стандартные исключения вроде чрезвычайной ситуации, эпидемии, так как именно от этого и страховали. И, собственно, наши выплаты подтверждают, что программа работает.
Особенности коронакризиса
– Как в целом страховой рынок отреагировал на коронакризис? Что было у вас с продажами в период самоизоляции, снизились ли они и в каких видах страхования?
– В корпоративном страховании мы пока не видим сокращения продаж вообще. Например, с точки зрения медицинского страхования – внимание к здоровью усиливается, все наши крупные корпоративные клиенты не только не отказываются от программ ДМС, но и думают о расширении покрытия. Что касается розничного страхования, то реакция граждан была более острой, и мы видели пик продаж перед карантином, в том числе из-за роста курса доллара, когда люди активно покупали автомобили, недвижимость, опасаясь роста цен и обесценивания рубля. В первую же неделю самоизоляции было снижение продаж на 50–60%, но ожидаемое, людям было не до этого. Сегодня мы наблюдаем практически полное восстановление по ОСАГО и уже превысили объем прошлого года. Средняя премия по этому виду будет снижаться, но это обусловлено не кризисом, а в первую очередь конкуренцией.
– Каков ваш прогноз сокращения страхового рынка в 2020 г.?
– Падение сборов рынка вряд ли будет более чем на 5–7%. Что касается сегментов, которые пострадают сильнее всего, то их три: страхование пассажиров, туристическое (страхование выезжающих за рубеж) и «Зеленая карта» – все, что связано с ограничениями и выездом за границу. Падения премий в медицинском страховании, надеюсь, не будет. Да, сокращаются бюджеты у предприятий, и давление вниз будет и на цены, и на объем покрытия. Но, с другой стороны, внимание к здоровью из-за коронавируса кратно выросло. Мы рассчитываем, что клиенты будут очень тщательно подходить к выбору программ медицинского страхования и не сильно резать бюджет.
Если страховые компании не начнут уходить на неоправданно низкие уровни цен, демпингуя, то снижение в целом по рынку возможно, но не радикальное.
– Чем этот кризис отличается от кризисов 2008 г. и 2014 г.?
– Страховой рынок всегда более гладко реагирует на шоки в экономике: в кризис 2008 г. рынок начал падать только в начале 2009 г. и падение составило около 7%, а кризиса 2014 г. страховой рынок совсем не заметил, так как падение было резким, [но] с быстрым восстановлением. Однако падение ВВП так или иначе отражается на страховании, плюс на нас влияет и падение реальных доходов населения: например, люди будут меньше покупать машин, а значит, и меньше страховать. Поэтому падение сборов страхового рынка неизбежно.
Другой вопрос, на который пока у нас нет ответа, – возможное изменение потребительского поведения. Предыдущие кризисы были чисто экономические, но сегодня коронавирус меняет потребительское поведение во всем мире. Люди научились работать удаленно, привыкли покупать в онлайне то, что они раньше не покупали.
Если эти изменения мы сможем использовать и фундаментально трансформировать основы рынка страхования, то, я считаю, это будет очень здорово. Мы много говорим о том, что диджитализация индустрии – это важно, но часто наталкивались на барьеры психологического характера со стороны клиентов, так как они боятся покупать страховки онлайн. Первый прорыв был с продажами электронного ОСАГО (е-ОСАГО): условно, если в 2016 г. все ездили с бумажками, то сейчас уже половина людей абсолютно спокойно пользуется е-ОСАГО. Если мы это распространим на другие виды страхования автомобилей, имущества, то это будет очень позитивно и для клиентов, и для страховщиков.
– Что будет с ценами? На какие продукты они вырастут, а на какие останутся неизменными или, может, снизятся?
– Мы увидим большое разнообразие цен. В ОСАГО благодаря новым возможностям, которые нам дает закон об индивидуализации тарифов, будем стараться давать более низкие цены аккуратным клиентам. То же самое в медицинском страховании: где-то будем предлагать точечный продукт, более дешевый, а для тех, кто захочет страховку посложнее, цена будет выше.
При этом надо помнить, что ценообразование – это комбинация очень многих факторов. Например, в автостраховании, с одной стороны, есть инфляция, и от нее никуда не денешься, поэтому цены на запчасти растут, и это толкает страховой тариф вверх. С другой – машины оснащаются качественными системами безопасности, предупреждениями об авариях, и мы видим снижение частотности аварий. И это не какие-то локальные данные за месяц или квартал, это общемировая тенденция. А это очевидно позволяет давать более низкие цены.

Перейти к источнику

Тинькофф Бизнес [CPS] RU
Оставить комментарий
Дебетовая карта Home Credit [CPS] RU

 

Отправить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *